Просто судьба

Он бы, наверное, не выжил. Не смог бы так жить. Никогда не представлял, что способен пройти через такое. Единственным светом в его жизни был сын. Маленький лучик надежды и острое напоминания о собственных ошибках. Костя. Живой мальчуган, похожий на Лёну. Забавно. Это обстоятельство всегда заставляло Игоря сжимать зубы от боли, а сучку — сходить с ума от ярости. Казалось, как такое возможно? Сам Игорь был темным, хотя и голубоглазым, мать Кости — черноволосой и черноглазой, а Костик был светло-русым с глазами отца. Игоря. И чертами лица, и даже мимикой походил на свою старшую сестру. Парадокс. "Пути Господни неисповедимы" — так сказала бабка его сына, когда увидела собственного внука. И постоянно попрекала этим свою дочь, словно обвиняя в чем-то.

Хотя Игорь считал, что той просто надо было сбросить на кого-то свои желчь, яд и негатив, а никого ближе дочери у нее не было. Да хрен с ними обеими!

Именно Костя заставлял его жить все эти пять лет. Нет, не так. Существовать, делать что-то, пусть на автомате и неосознанно, но делать. Когда он смотрел на сына…Игорь сжал кулаки от бессилия. Он не мог не думать, не мог не представлять, что было бы, если бы Костик был их с Лёной ребенком. Их.

В самые паскудные и темные моменты своей жизни Игорь ничего не просил и даже не думал об этом. Он никогда не верил в Бога, так, чтобы по-настоящему, всегда считая религию своего рода отдушиной, ну или…надеждой какой-то, хер его знает. Но когда он оставался один на один с самим с собой, со своей горечью и болью в пустой квартире, он начинал молить кого-то там наверху, чтобы Алена никогда не чувствовала такого. Чтобы его девочка никогда не познала той пустоты, с которой живет он. Чтобы она зажила нормальной счастливой жизнью, забыв прошлое, пусть даже он не был в состоянии это сделать.

Он много раз хотел узнать, как она, чем и кем живет. Он отдал бы все, лишь бы она была счастлива…пусть даже и с другим. Хотел увидеть ее один раз, хоть один. Понимал, что сам виноват во всем. Осознавал, что не в состоянии ничего исправить. Но только от этого легче не становилось — только хуже. С каждым разом только хуже. В какие-то моменты, когда он сходил с ума от оглушающей пустоты, ему казалось, пусть и на краткий миг, что ее не было. Что она была иллюзией, сном, видением. Что ее у него никогда не было.

А сегодня…он ощутил себя наркоманом, который добровольно отказался от дозы, давно, так давно. Ушел от всего, что могло ему напомнить о пагубной потребности, жажде, пристрастии. Эти годы без нее, он словно проходил через ад, ломался, и в конце концов, от его сознания мало что осталось, он сполна заплатил за свою…зависимость. И когда Игорь начал привыкать, почти научился не думать об этом, судьба снова свела их. В мгновение ока зажигая все то, что, казалось, давно погасло, заново возрождая то, что давно покоилось с миром. Для Лёны, не для него.

Игорь знал свою маленькую девочку, знал, как она попытается решить проблемы. И когда увидел ее… испугался и обрадовался одновременно. Он не знал, кого благодарить за их встречу, когда почти потерял на нее надежду. В тот момент он был готов поверить в кого угодно там, наверху, или еще где… за то, что она все-таки есть. Пусть не в его жизни. Но есть. Она действительно была у него. Ему хотелось закричать, поднять на руки, поцеловать ее и никогда больше не отпускать. Сделать то, на что тогда, почти пять лет назад, не решился — плюнуть на все и уйти с ней куда угодно. Игорь уже чувствовал, как в движение пришли все мышцы его тела, напряженные и жесткие, еще мгновение, и он бы сорвался с места. Он так и хотел, но перед этим взглянул в ее глаза. И…