Водные ритуалы [litres][Los ritos del agua]

Альба склонилась слишком близко к блокноту; это движение мне не понравилось.

— Ты в порядке?

— Да… Нет… Не знаю, в глазах все как-то поплыло… Думаю, это из-за тумана.

— Вернемся? — обеспокоенно предложил я.

— Нет, все в порядке, — возразила она. Я был рад, что мы разговариваем сидя; было заметно, что она плохо себя чувствует. — Ты спрашиваешь, почему я выбрала такую работу… Это случилось в старших классах, мне тогда было семнадцать. Я уже говорила, что была застенчивой девушкой, толстой и закомплексованной из-за обстоятельств моей жизни и скандала в Мадриде, связанного с финансовыми неурядицами маминого импресарио. Мы поселились в Лагуардии, пытаясь вести нормальную жизнь. В соседнем классе учился парень, его звали Альваро. Я была от него без ума, хотя в него были влюблены и другие девочки.

Я не был ревнив, к тому же не имел права ревновать к ее прошлому, но в горле застрял комок: «Как жаль, что это был не я».

— С нами училась девушка по имени Марта. Она была самая настоящая альфа, любила доминировать. Марта тоже за ним бегала, но, как ни странно, Альваро больше нравилась я. Думаю, он играл с нами обеими, чтобы заставить ревновать, хотя я этого не понимаю. Однажды Альваро предложил мне остаться у него на ночь. Самое настоящее свидание. Первое в моей жизни. В тот вечер мы договорились встретиться в парке неподалеку от маминого отеля, в садах Кольядо, рядом со статуей баснописца Саманьего. Я надела туфли на каблуках, юбку, накрасила губы маминой помадой. Не представляю, как Марта об этом узнала. Может быть, он сам ей сказал, чтобы она приревновала и в конце концов тоже согласилась с ним переспать… Так вот, вместо Альваро появилась компания девчонок, тусовка Марты, к тому же с ней во главе.

Альба грустно улыбнулась, словно набираясь сил для того, что должна была рассказать дальше. Я сжал ее руку; мне хотелось ободрить ее, сказать: «Все в порядке, успокойся».

— Они шли за мной по парку, оскорбляя меня. Я прибавила шагу, но они не отставали. Я вела малоподвижный образ жизни, весила сто двенадцать килограммов, и это при росте метр семьдесят четыре… И вот я побежала. Я понимала их намерения, к тому же их было пятеро. Я бежала с трудом, задыхаясь; вскоре началась тахикардия, сердце не справлялось с весом. Девчонки набросились на меня, я получила удар ногой в живот от Марты, и меня вырвало. Нельзя было вести себя так наивно и разгуливать по пустынному парку среди ночи, как бы хорошо я его ни знала…

Я так нервничала из-за предстоящего свидания с Альваро, что почти не смотрела вокруг себя и не увидела девчонок вовремя, пока они не подошли ко мне сзади. Мой добрейший папа слишком опекал меня всю жизнь, повсюду меня сопровождал, но в тот день защитная скорлупа наконец треснула.

В то лето я в одиночку отправилась по Камино-де-Сантьяго; родителям соврала, что иду с друзьями. Почти восемьсот километров пути я прошла за двадцать дней, то есть в день проходила по сорок километров. Дойдя до площади Обрадойро[35], я потеряла двадцать два килограмма и больше их не набирала, потому что не прекращала заниматься спортом ни на один день. Я прошла курсы самообороны в Логроньо, а потом поняла, что хочу чувствовать себя полезной, а заодно разыскать импресарио моей матери, посадить за решетку и вернуть ей деньги, чтобы избежать новых штрафов за отель. Я пошла учиться, решила стать эртцайна[36]. Я отследила все перемещения деда после того, как тот сбежал. Но затем след его затерялся в Чили. Думаю, он уже мертв, но до сих пор не знаю, куда он девал деньги. Мама не в курсе моего расследования.