Падающий цветок

Но страшно и больно было не от этого. А от того, что я могу быть в любую минуту отверженная. Сердце моё может быть разбито и растоптано им.

- Вика. – Ахмед словно читая мои мысли, обхватывает руками лицо, сжимая его. – Я никому не дам больше Вас обидеть. Обещаю.

- Остаётся только на это надеяться. – честно говорю, убирая его руки и пытаясь выйти из кабинета, но мужчина не отпускает меня, задерживает и долго разглядывает лицо, будто пытается оставить его в памяти. Не решаюсь сказать ему того, что у меня на душе. Просто жду.

- Сам Дьявол тебя мне послал. – Ахмед вздыхает и открывает дверь, пропуская меня вперед и следуя за мной, удерживая меня за талию. Его близость придаёт мне сил. Мы доходим до комнаты Мустафы и остаёмся у входа, замирая, рассматривая сына, который восторженно играет с Амином в рыцарей. Они фехтуют мягкими игрушками. И сейчас Амин не похож на говнюка, пытающегося превратить мою жизнь в чистилище.

Ахмед напрягается всем телом, в его глазах застывает грусть.

- А ты ведь лишила меня возможности взять его на руки в день его рождения, взять за руку, когда он пошёл.

+++

Джанна.

Я рассматривала свое обручальное кольцо с огромным зелёным алмазом и россыпью бриллиантами. Оно стоило целое состояние, за его стоимость можно было купить целый город со всеми его жителями. Алмаз был очень редким, таким было всего два. Одно было у Амира, а другое у Ахмеда.

Сколько еще времени я буду носить это кольцо? Может быть даже последний день.

Ахмед причинил мне слишком много боли и унижения. Даже сейчас он обустроил свой дворец для неё и её сына.

Стискиваю руку в кулак.

- Думаешь, я после всего этого захочу остаться с Ахмедом? – усмехаюсь, рассматривая потрёпанного Зейда. – У меня больше не осталось к нему нежных чувств. Когда тебя топчат из года в год, ты перестаёшь чувствовать. Все, что я хочу – сделать ему больно, а её я хочу убить.

- Она должна остаться в живых. - с нажимом говорит Зейд, постукивая пальцами по столу.

Раздраженно качаю головой. Что в этой сучке такого, что все мужчины приклеиваются к ней и не могут оторваться? Она сводит их с ума. Зейд туда же.

Мне без разницы жива ли она, главное, чтобы она была подальше от меня и моей семьи. Если Зейд заберёт её и увезёт подальше, то мне безразлична будет ее дальнейшая судьба. Но вот мальчик… он реальная угроза. Он меняет ее статус. Он наследник.

- Я не могу позволить, чтобы ее сын стал наследником Эмирата. - поправляю платье, потому что от волнения становится душно.

- Мальчик может погибнуть. – ровно говорит Зейд, безразлично пожимая плечами. – Я и сам не очень хочу, чтобы его лицо постоянно напоминала ей Ахмеда. У нас будут новые дети.

- Вот так просто. – поражаюсь я. – Растил и теперь сможешь списать со счетов?

- Это как делать выбор между жизнью и отрубленной конечностью. Без руки больно, но жизнь продолжится. – Зейд говорит хладнокровно, и я понимаю, что никогда не знала его. Прикладываю к лицу стакан со льдом, чтобы собраться с мыслями.