Алексия [СИ, НОВАЯ]

— Заткнись, дрянь… — проорал Арно и нанес удар. От правого клинка, я увернулась, а вот левый ударил мне острием в плечо. Словно встретив нерушимое препятствие смертельное лезвие прорезало платье, но не принесло мне никакого вреда, что в этот раз не осталось не замеченным. Еще бы. Он должен был пронзить меня насквозь.

— Сюрприз. — прошептала я, но в этой гнетущей тишине, мой шепот казался криком.

Беквайт обезумев от происходящего попятился назад, издавая непонятные звуки, постоянно оборачиваясь. Смотря на свои клинки, как на бутафорское оружие он шагал пока не уперся в живую преграду.

— Дрееевняя? Древняя… Древняя!!! — звуки начали наконец-то преобразовываться в слова. — Убить ее!!! — что???

И толпа словно обезумев бросилась ко мне со всех сторон. Уворачиваясь от одного удара, я попадала под град других. Ломая руку одному, сбоку подступались еще двое. Руна давно иссякла, как и мои возможности выскользнуть от сюда. Удар за ударом, я больше пропускала, чем наносила ущерб, но все еще не позволяла взять себя в плотное кольцо. Ребра противно хрустнули от чьего-то удара, заставив меня взвыть и отшвырнуть нанесшего в ближайших вампиров. Подмяв под собой еще троих неповоротливых, он почти быстро поднялся. Обернувшись я схватила первого же подступившего за горло, впилась когтями обхватив кадык и рванула наружу, окрашивая пол в россыпь кровяных брызг.

Хотели играть? Поиграем.

Удар в ногу, заставивший меня пошатнуться, стоил мне дорого, так как выступивший сзади Беквайт тут же вогнал мне клинок в спину. Ошарашенно рванувшись вперед с отчаянным криком, я вогнала в ступор надвигающихся и почти десяток сбила с ног, чувствуя, как из меня фонтанирует кровь и чья-то тяжелая рука саданула мне в висок, мне не оставалось больше ничего…. Кроме как биться до последнего. Если меня сейчас убьют, заклинание спадет с моей сестры и друзей с моей смертью, и этих ублюдков ждет тяжелая участь и страшная смерть. Уж в ком, в ком, а в своей сестре я не сомневаюсь. Она от них живого места не оставит. Моё дело сейчас как можно больше забрать с собой, проредить ряды, оставив Аде как можно меньше работы. О том, что будет с моими близкими, если не дай боги, кому-то вздумается меня взять в плен или запереть мне не хотелось. Что за жизнь без эмоций, энтузиазма и чувств? Нет. Только смерть… Такими я их не оставлю…