Севера. Часть 2

— А что тут сказать? По сути, мы получили подтверждение того, что я и так предполагал. Этот ушлый коряк просто упертый властолюбец. Ну еще и ушлый торгаш. В его группе практически все ему должны или обязаны. Он, конечно, понимает неизбежность внешних контактов, но до конца будет упорствовать в плане присоединения к анклаву. Безусловно, нам, выгодно прибавить к анклаву два десятка человек. Да и за новую нацию может бонус капнуть. Но делать это силком… не вижу ни способов, ни смысла. Я уверен, что максимум через год они сами прибегут, и тогда уже я буду ставить условия. Есть в этом деле еще один момент: тамошние оленеводы, может, хорошо знают лес, тундру, но вот со сложной техникой у них проблемы. Да и сам Ивкавав оставил у меня неприятные ощущения. Жадный человек. И еще — он, кажется, считает, что ему должны уже за то, что он существует.

— Я, конечно, не общался с этим субчиком, но по вашим рассказам и прочей информации у меня сложилось схожее мнение. Но, думаю, это его убеждение является следствием государственной политики в том мире. Вы ведь наверняка знаете, что для поддержки малых народностей севера выделялись весьма значительные суммы. И немалая часть этих денег выдавалась людям просто за то, что они, скажем, ненцы или эвенки. А дармовщина, она развращает людей. Помнится, в прошлой, так сказать, жизни один сердобольный пекарь стал выставлять корзину бесплатного хлеба для бедных пенсионеров. И через недолгое время его принялись гнобить те же самые пенсионеры. Они уже посчитали, что он им этот хлеб должен и начали придираться: не тот сорт булок, не то качество, недостаточно свежий… Люди вообще редко бывают благодарны, и еще реже эту благодарность выражают как-то материально.

— Пожалуй, вы правы, Станислав Наумович. Я об этом как-то не задумывался. Что ж, в этом случае нам тем более нельзя под него прогибаться. Пусть побегает, покрутится, там-сям приценится. И, я думаю, в конце концов к нам придет. Если его свои не свергнут.

— Не, не свергнут. Северяне народ спокойный, в большинстве своем честный. А поскольку этот Ивкавав взял всех за горло, они брыкаться особо не будут. Возьмите хоть нашего Юру. Он ведь натурально боится этого коряка, хотя и лесовик, и охотник. Будет нужно — затеряется в лесу, и никто не отыщет, а вот поди ж ты — как осиновый лист трясется. Думается мне, в этой истории с его долгом не все чисто. Есть, знаете, способы человека напоить, из равновесия вывести и на любую дурость спровоцировать. А все эти якуты и прочие чукчи, они к алкоголю слабы. Им зачастую достаточно пробку понюхать, и уже в дрова. Ученые говорят, у них нет в организмах какого-то фермента, расщепляющего алкоголь. У нас-то он выработан за многотысячелетнюю историю винопития, а они в этом плане — сущие дети. Знаете, я проверю этого кадра по своим каналам. Мало ли где он засветился.

— Возможно-возможно. Но все же, Станислав Наумович, это пока не проблема. Скорняк у нас есть, ему меха оптом свезем, да и озадачим. Пусть для начала хотя бы простейшие тулупы шьет, а там и до шикарных шуб дело дойдет. Кстати, можно туркам в подарок несколько хороших шкурок поднести, в качестве жеста доброй воли.