Из духа и оков [ЛП]

Они использовали ее, пытались выдать ее за меня, хоть она технически была моей кузиной. Потому что они хотели власти. И хоть они были в этой комнате, я не знал, на чьей стороне они окажутся в бою. Нам нужны были союзники, но я хотел убить их, и теперь за то, что они делали с Вин.

Лирика издала сдавленный звук, и я поймал ее ладонь.

Она сжала мою руку в этот раз, и я держал ее.

Я тряхнул головой, и она кивнула, хоть в ее глазах был Огонь. И не только образно.

Нет, ее силы сдерживали ее, и она хотела навредить лорду и леди Земли за то, что они обидели ее подругу.

Но мы ничего не могли сказать.

Лорд и леди Грязи, как их всегда звал Родес, кивнули мне, но не подошли. Я был их королем. Но они были теми же гадами, что и всегда. Валор и Зиа все еще не реагировали на дочь, не признавали никого чем — то, кроме кивка, а потом встали у другой стены возле моих дядь. То, что Зиа и Джастис были братом и сестрой, заметили все в зале. Зиа ничего не сказала брату. Она всегда игнорировала Джастиса. Может, потому что Зиа хотела только власть. Она всегда ходила к Камэо, пытаясь получить ее, не к Джастису. Ее брат был ничем в ее глазах, даже не был ступенькой, и она игнорировала его.

Я не понимал, почему они все еще были лордом и леди Земли, и это нужно было изменить. Скоро.

— Присядем, — сказал я без формальностей. Все сели без слов, к счастью, не спорили из — за мест. Они уже разделились по разным сторонам комнаты.

— Зачем мы все тут? — спросил Валор, лорд Грязи явно хотел быть где — то еще.

Если честно, и я хотел, чтобы они были не здесь. Хотя не мог это сказать.

— Король Люмьера работает с Серым. Мы видели тени, когда он бился с нами. Нам нужно остановить его любым способом.

Хоть я сказал «любым способом», я не имел в виду это сердцем и душой. Я хотел послушать мнения других.

Мгновение было тихо, а потом все сразу взорвались, задавали вопросы и объясняли. Не важно, что половина народу за столом была там в бою, у всех были вопросы, что делать.

Я ударил кулаком по столу, хотя что — то сжалось в груди. Я знал, что Серый хотел меня. Я отталкивал его, разрезал нити, потому что знал, что близилось. Может, он всегда делал это, и потому я всегда ощущал, как меня тянули. Теперь я знал, что это значило, и я игнорировал это. Серый меня не получит. Что бы ни случилось, Серый меня не заберет.

— Молчать, — прохрипел я.

— Ты все еще наглый щенок, — оскалился Валор, и Вин открыла рот. Лирика перебила. То ли защищала меня, то ли защищала Вин. Но я был благодарен.

Мне нужно было убедиться, что нити не обмотают меня снова, и что Серый не сможет захватить меня. Я все еще был проклят, не мог любить, но я не позволю Серому завладеть мной.

У меня была хотя бы эта сила, ее не было раньше. Может, дело было в том, что я знал о контроле Серого, хоть он сам и открыл это. Может, потому что я был сильнее. Может, из — за женщины рядом со мной — но я отогнал эту мысль.

Я не мог. Если хотел уберечь ее. И себя.

— Он — ваш король, стоит это помнить, — сказала Лирика. Валор не успел сказать что — то еще, она покачала головой. — Мы тут, потому что, как сказал Истон, нам нужно найти способ остановить Серого и короля Люмьера. Вы видите разрушения и потери вашего народа. Я говорила с вами об этом. Мир умирает, и если мы не найдем способ воссоединить кристаллы, воссоединить наш народ, мы все проиграем.