Паутина. Книга 2

— Я знаю, — Акил помрачнел. — Теперь знаю.

— Как вы сами понимаете, это бросило тень на всё ваше семейство. И это понятно — ясно ведь, что Остромир этим занимался не в одиночку, и его поддерживала как минимум часть семейства.

Грек с явной неохотой кивнул.

— Говоря прямо — это измена, и я думаю, что князь больше не позволит вам иметь какое-то влияние в княжестве. Все заметные активы у вас будут так или иначе изъяты. На вашем месте я бы всё продал — деньги сами по себе не дают влияния, так что князь, я думаю, вполне позволит перевести ваши активы в деньги. Просто не вкладывайте эти деньги в княжестве. Есть много других мест, где к вам будет вполне доброжелательное отношение — да тот же Владимир, например.

Акил слушал меня, не перебивая и мрачно разглядывая свою тарелку. Наконец он решился заговорить.

— Господин Кеннер, наше семейство просит вас передать князю нашу просьбу.

— Меня? — поразился я. — Господин Акил, вы явно выбрали неподходящего посредника. Я не настолько близок к князю. Какие бы слухи насчёт этого ни ходили, я уверяю вас, что они совершенно ложные. Да и вообще — мы же, кажется, воюем.

— Люди, которые действительно близки к князю, вроде Драганы Ивлич, со мной просто не станут разговаривать, — указал Грек, и я вынужден был с ним согласиться. — Ну а что касается вражды, так друзья что-то не спешат нас поддержать, да и вообще они все вдруг куда-то подевались.

— Хорошо, я поговорю с князем, — нехотя согласился я, не будучи вполне уверенным, что для меня это кончится хорошо. — Если он, конечно, захочет меня выслушать. Что вы собираетесь ему передать?

— Наша ветвь, которая не участвовала в авантюре Остромира, выделится со сменой фамилии и останется в княжестве. Мы готовы принять определённый контроль со стороны князя. Остальные переведут их долю имущества в деньги и покинут княжество.

Я бы назвал это полной капитуляцией, впрочем, это капитуляция на хороших условиях, и это явно лучше того, что их ждёт в ином случае. Вопрос только в том, согласится ли на это князь, но это меня уже не касается.

— То есть вы хотите расколоть семью? — поинтересовался я.

— Мы уже раскололись, — хмуро ответил Грек. — Вы же видите, что мы не в состоянии даже прийти к согласию относительно нового главы. Уже ясно, что и не придём.

— Ну что же, я передам ваше предложение князю, — согласился я. — Но не ждите от меня какого-то заметного содействия, просто потому, что для князя моё слово весит очень мало. Я не прибедняюсь, это так и есть.