Торжественное открытие [The Grand Opening - ru]

Она обняла мальчика одной рукой. Мак рассказал ей историю, как они с Дастином нашли Кита плачущим за сараем. Это разбивало ей сердце, она расплакалась, когда Мак прислал ей фотографию его сына и Кита, сидящих на большом дубе, держась за руки. Мак был прав. Они обожали друг друга. Ей стало тепло на душе, что ее сын хорошо общается с мальчиком младше его по возрасту.

Ей все еще не нравилось, что Мак проводил время наедине с Пегги, но к Киту это не имело никакого отношения. Он был милым, его теплое маленькое тельце прижималось к ней, как будто он знал ее целую вечность. Ей нравился его запах — запах маленького мальчика, играющего на улице. Их пот почему-то казался чище, как и их мысли.

Эбби понимала детей. Именно взрослые иногда ставили ее в тупик.

Ее взгляд поднялся к живописному виду над полем. Горы обещали суровое выживание, которое она ценила. Ветер мог подуть с минуты на минуту. Мог пойти снег. Но они не склонились и не сломались. Они стояли во весь свой рост. Она была бы не прочь побыть горой.

Ноги Кита подпрыгивали в такт музыке, которую слышал только он. Она положила ногу на ногу и поерзала, надеясь устроиться поудобнее. У нее не было и ни йоты сомнений, что металлические кресла на трибунах изобрел мужчина.

Дастин мчался впереди всех с мячом, ведя с точностью, отточенной в отборных футбольных лигах круглый год и недельных лагерях.

— Вперед, Дастин. Вперед! — крикнула она, когда он обошел другого игрока.

— Да! Забей в цель, Дастин, — добавил Кит, вытирая растопленный шоколад о футболку с шоколадной крошкой мюсли.

Она схватила влажную салфетку.

— Бей, — прогремел грубый южный голос с нижней части трибун.

Ее пальцы от удивления выронили салфетку. Она упала сквозь металлические перекладины на землю.

Дастин бросился вперед и ударил ногой по мячу. Тот влетел в угол ворот с такой силой, что сетка отодвинулась назад, как парашют, прежде чем упасть на место.

— Да! — воскликнул ее сын и поднял кулак к небу — его фирменный жест после гола.

Они с Китом захлопали в ладоши.

— Хорошая работа, Дастин, — выдавила она, но ее внимание переключилось на мужчину, который шел к ним по трибуне.

Ретт был одет в простую белую футболку, подчеркивающую его длинный, крепкий торс — о небеса — и облегающие джинсы с потрясающими коричневыми кожаными ботинками, которые она когда-либо видела на нем. Его ковбойской шляпы нигде не было видно.

— Круто, Дастин! — крикнул он через плечо.

Ее сын восторженно помахал рукой. Ретт взмахнул в ответ.

Эбби схватила свою сумочку спереди со скамейки и положила ее рядом с собой, пытаясь тем самым показать, что свободное место рядом с ней, занято. Ретт ухмыльнулся, поднялся по узкому лестничному проходу, поднял ее сумочку и положил ее на место на соседний ряд перед ними. Он сел, толкнув ее бедром.