Фашизм в Украине: Угроза или реальность?
- Автор: Крючков Георгий Корнеевич, Табачник Дмитрий Владимирович
- Год: 2008
- Язык: русский
- Год: Фолио
- ISBN: 978-966-03-4650-5
- Жанр: Публицистика
Электронная книга - «Фашизм в Украине: Угроза или реальность?». Краткое содержание книги:
Г. Крючков и Д. Табачник призывают читателя осознать эту угрозу и выступить на борьбу с ней, пока не стало слишком поздно. Убедительно, на исторических примерах они доказывают, что «пересидеть» фашизм за печкой никому никогда не удавалось. Чтобы потом не было стыдно перед потомками, перед соотечественниками и мировым сообществом, фашизм необходимо остановить в Украине именно сегодня, пока он не набрал силы и не разрушил страну.
В значительной мере успеху работы оккупационных органов террора способствовало и то, что киевское партийное подполье не сумело достичь максимальной эффективности в сопротивлении оккупантам из-за личных амбиций руководителей. Оставленные Хрущевым кадровые партаппаратчики Хохлов и Ивкин, претендуя на единоличное руководство, занялись выяснением отношений. Дошло до того, что некоторые подпольщики обвиняли Хохлова в отравлении Ивкина.
В массовом порядке набирались националисты и в киевское отделение абвера, называвшееся абвергруппой «Орион». Агентура «Ориона» забрасывалась в тыл Красной армии для проведения диверсий, и коллаборационисты заслуженно считались наиболее надежными выпускниками абверовских курсов. Националисты настолько рвались к работе в репрессивных органах, что для них не хватало вакансий. Чтобы трудоустроить массу «свідомих», «европейски ориентированных» энтузиастов, при СД был создан специальный орган — «Аргус», названный именем персонажа греческой мифологии, имевшего глаза по всему телу. Десятки агентов «Аргуса» ежедневно присутствовали во всех людных местах и при малейшем подозрении арестовывали киевлян.
Но участие националистов в реализации фашистской оккупационной политики по уничтожению киевлян не ограничивалось занятием должностей в репрессивных органах. Германским командованием и гебитскомиссариатом им была доверена вся полнота власти в оккупированном городе, для чего была создана городская управа, полностью укомплектованная националистическими кадрами. Очевидцы описывают колоритную картину деятельности новых хозяев города, сидевших в вышиванках и вызывавших полицию при звуках русской речи.
Киевские бургомистры — Оглоблин, Багазий, Форостовский — были видными националистическими деятелями, считавшими главной своей задачей (как и их майданные последователи) насильственную украинизацию, уничтожение русского языка и культуры, канонического православия. Это была основная тема выпускавшихся коллаборационистских изданий — «Українського слова» и «Нового українського слова».
Вся задействованная «оранжевым» режимом идеология нагнетания в обществе атмосферы русофобии и антироссийской истерии позаимствована у геббельсовских пропагандистов. Статьи из «УС» и «НУС», посвященные рассказам об «исконной агрессивности Москвы», «многовековом угнетении русскими свободолюбивых украинцев, рассказы о «героическом» Мазепе — все это хоть сейчас можно перепечатывать в придворных изданиях хоружевского двора.
Разве что тогдашние «оранжевые» были более откровенны и могли, не прибегая к эвфемизмам, прямо заявлять о необходимости «избавления от жидов, москалей и несвидомых украинцев». Как, например, небезызвестный Ярослав Стецько, входящий теперь в ющенковский синодик «великих украинцев», писал: «Москва и жидовство — это самые большие враги Украины… Поэтому стою на позиции уничтожения жидов и целесообразности перенесения на Украину немецких методов истребления жидовство».
Когда узнаешь о новых деяниях «оранжевокрасносердечных» политиков во власти, становится совершенно ясно: нового они ничего придумать не в состоянии — пробавляются пожелтевшими инструкциями времен оккупации. Достаточно почитать указания городской управы относительно запрета употреблять русский язык в официальных учреждениях и школах, об уничтожении советской символики, переименовании улиц, а также приказы, на каком языке совершать богослужения и за кого возносить молитвы.
Любимая ющенковская идея с «Музеем советской оккупации» — неприкрытый плагиат с созданного горуправой «Музея переходного периода». Вероятно, даже экспозиционный план можно оставлять без изменений. А уж аналогов «институтов национальной памяти» было создано множество — благо, это позволяло получать оуновским псевдоученым усиленные немецкие пайки.
Особенно почетной считалась служба на бирже труда, занимавшейся принудительной отправкой молодежи в рейх. На биржу отправлялись наиболее опытные националистические агитаторы, пытавшиеся внушить будущим рабам, какое счастье работать в интересах «новой Европы и ее великого фюрера Адольфа Гитлера».
Немалый вклад в укрепление боеспособности вермахта вносили и педагогические кадры, организовавшие не только уроки «любви к великому фюреру» и ненависти к москалям, но и регулярное выкачивание крови малышей-детдомовцев для раненых немецких солдат.