Интриган. Новый Петербург
- Автор: Чехин Сергей Николаевич
- Язык: русский
- Жанр: Боевая фантастика
Электронная книга - «Интриган. Новый Петербург». Краткое содержание книги:
И раз уж двум смертям не бывать, то он становится единственным выжившим, чье тело выносит к набережной Нового Петербурга. Огромного портового города в мире, где только что разгромили японцев, о коммунизме никто никогда не слышал, а Российская Империя колонизирует Северную Америку, загнав остатки штатовцев далеко на Дикий Запад.
Несмотря на это, город прозябает в коррупции, бандитизме и распрях знатных родов, чьи методы порой неотличимы от мафии. Да еще и просачиваются новости о новом наркотике, временно наделяющим колдовским даром.
Делают его из крови чародеев, которые уже начали пропадать, но кто именно виноват — неизвестно. Пять семей обвиняют друг друга, грозя утопить улицы в клановых разборках. Выжить тут непросто, но в молодом теле — душа и разум мастера интриг, шпионажа и боевых искусств.
— Прошу Совет графов занять ложу, — и указал на отделенные перегородками стулья.
Земской и Пушкин вошли сразу, Генрих задержался, чтобы с улыбкой пожать нам руки и узнать о здоровье. Такое внимание удивило отца, ведь он понятия не имел о наших морских приключениях. И судя по хмурому взгляду у порога зала, не очень-то им бы обрадовался.
— Прошу наследников и уполномоченных особ занять ложу представителей.
Помещение делилось на четыре сектора, разграниченных деревянными переборками.
Впереди за высоким президиумом восседала троица судей, а перед ними сиротливо стояла одиночная кафедра.
И находящийся за ней ощущал всю мощь и силу имперского правосудия, видя нависшую громаду из красного дерева, с массивным золотым гербом посередине — одноглавым орлом, смотрящим на запад.
Орел сжимал в лапах меч и оливковую ветвь, как бы олицетворяя древнее изречение: кто к нам с чем зачем, тот от того и того, ну а в целом мы люди мирные.
Справа находились трибуны Совета, слева — покрытая антимагическими символами клетка для обвиняемых. А в дальнем конце зала находились лавки для зрителей. В первом ряду — изысканные, с обитыми бархатом подушками, а дальше — самые обычные. Там сидели репортеры и художники — снимать фотовспышкой не разрешали по вполне понятной причине.
Судьи заняли места, и самый старый внимательно смотрел собравшихся поверх очков.
— Все на месте? Хорошо, можем начинать. Введите обвиняемого!
Под стук молотка два магистра из Академии сопроводили к кафедре пузатого бородача в косоворотке и светлом пиджаке. Пан выглядел злобным, как черт, пыхтел, сопел и постоянно теребил кандалы с теми же знаками на звеньях.
— Дмитро Степанович Хмельницкий, — грозно произнес судья, и сидящие в углу стенографисты защелкали клавишами. — Особый отдел Тайной канцелярии подозревает вас в незаконной торговле, зверском обращении с работниками, связям с преступным сообществом и государственной измене. Для проведения следственных действий отдел потребовал вашего ареста, для чего нужно снять титулярную неприкосновенность. Здесь и сейчас будет рассмотрено ходатайство о временном лишении вас дворянства. Если в ходе следствия хотя бы одно из обвинений подтвердится, вы лишитесь титула окончательно. Впрочем, вам он уже не понадобится, ведь наказание за ваши злодеяния — смертная казнь. Вы понимаете суть предъявленных претензий?
— Я невиновен! — гаркнул Пан, но как-то неуверенно, скорее для проформы.
— Прошу на место.
Стушевавшегося воротилу отвели в клетку. Пока все шло по стандарту, но вот дальше началось странное. К судьям вывели все многочисленное семейство: супругу, двух сыновей и трех дочек — на вид от десяти до шестнадцати.
— Род Хмельницких, — судья даже не стал утруждаться называть каждого по имени. — Особый отдел подозревает вас в пособничестве, покрывании и преступном сговоре. Канцелярия считает, что вы не могли не знать о том, что творил ваш отец, и должны быть подвергнуты следствию, как соучастники. Вы понимаете суть предъявленных претензий?
— Мы ничего не знали, — дородная женщина уронила лицо в ладони и разрыдалась, звеня цепями. — Мы даже живем отдельно. Пожалуйста, пощадите хотя бы девочек.
— Оставьте их! — Дмитро кинулся на прутья, как раненый медведь. — Я готов сотрудничать, только не трогайте семью!
— Тишина! — стук молотка едва смог пробиться через гул и гомон в зале. — Вызываю сторону обвинения.
Вошел Юстас — одетый с иголочки и с таким выражением, словно только что выиграл в лотерею миллион. Впрочем, с какой-то стороны так и было, но я даже не подозревал, насколько все серьезно.
Его сопровождали два агента — один с тонким кейсом, второй — с объемистым саквояжем.
— Представьтесь, — пробасил судья.
— Юстас Валериевич Ратников, обер-прокурор Тайной канцелярии.
— Каковы ваши доказательства?
— Здесь, — положил на стол перед судьями кейс, — документы, подтверждающие, что Дмитро Хмельницкий единолично владел винокурней, впоследствии переделанной под завод по производству нитроглицерина и кордита.
— Что есть кордит? — подал голос левый судья.
— Это смесь нитроглицерина и пороха, ваша честь. Взрывчатое вещество, применяемое в артиллерийских снарядах. В перечне бумаг так же есть товарно-транспортные накладные и выписки из черной бухгалтерии, доказывающие закупку сырья и отправку готового сырья контрабандой в Швецию, на фабрику Альберта Нобеля.
— С чего нам знать, что это действительно взрывчатка, а не скисшее пиво? — правый заседатель, похоже, решил немного подыграть стороне защиты.
— Прошу вызвать свидетеля со стороны обвинения, — сказал Юстас, и вальяжным жестом уступил кафедру уже знакомой мне изобретательницы.