Вслед за Бурей. Книга первая. Доля слабых [СИ]

– Хорошо. Занимайся погрузкой. Потом все расскажешь подробней. Пока же, представь меня людям. – кивнул баронет на застывших слегка в стороне представителей Племени. – Я так понимаю, они возглавляют южан.

Подозвав жестом родичей, старый солдат, по-военному четко, и даже немного напыщенно, именно так, как любил баронет, огласил полный титул надменно взиравшего на людей сверху вниз гордеца:

– Яр, Маргар, познакомьтесь. Перед вами наследник барона Августа Монка, будущий правитель Синара и всех окрестных земель, баронет Альфред Монк. Наш господин, повелитель, судья и опора в тяжелое время. Поклонитесь и впредь обращайтесь милорд, или светлость.

Послушно согнувшись сначала в поклонах, мужчины подняли глаза на вальяжно сидевшего в мягком седле баронета.

– Ну что вы молчите? Язык у нас общий. Об этом я знаю. Представляйтесь давайте. Я жду.

Слишком тонкий, для столь габаритного тела, раздавшийся голос заставил людей усомниться в родстве говорившего с Альбертом, чей звонкий, приятный ушам баритон, совершенно, звучал по-другому. Но вот внешность Альфреда, несмотря на приличную разницу в возрасте и избыточный вес, подтверждала фамильное сходство, не давая развиться сомнениям дальше. Яр, с намеком, взглянул на Маргара, тот кивнул, понимая, и начал:

– Я, милорд, вождь нашего племени. Мое имя – Маргар. Как и все, я давал обещание вашему брату присягнуть в вечной верности Монкам и всем, кто над вами, в обмен на защиту и земли для жизни. Позвольте же дать эту клятву прилюдно, и скрепим договор пред богами.

– Я не знаю подробностей того, что мой брат обещал вам. Да и клятву на верность Империи, позже, вы принесете отцу. Про все наши законы и прочее вам поведают после. Пока же, ни в чем не перечьте и слушайте, что говорят мои люди.

– Хорошо, господин. Я все понял. Позвольте идти с Драгомиром, помогать загружаться. Того и гляди, подоспеет Орда. Время дорого.

Грузный всадник жеманно скривился, и блестящие полные губы шевельнулись, исторгнув немыслимый бред:

– Этих чудищ своих вы, случайно, не выдумали, лишь бы только земли получить?

– Да вы что?! Кто ж такое придумает?! – возмущенно воскликнул Мудрейший, услышав подобную глупость. – Сотни наших нашли свою смерть в их когтях и зубах! А земли мы и сами имели без края.

От волнения Яр позабыл обращаться к баронету, как должно, что Альфред тот час же подметил:

– Поспокойней. Ты как обращаешься к сыну барона? Не бойтесь, я верю вам. Просто хотел посмотреть на реакцию. Ты кто, кстати, будешь? Помощник вождя? Или сын его?

Услышав последний вопрос, Маргар глупо хрюкнул, давясь прорывавшимся смехом, а Яр, растерявшись, задумался: "И правда, а кто я?". Во время похода, в компании северных воинов, подобных вопросов еще не звучало, и Вечный, не ведавший собственной сути, сейчас затруднялся с ответом, пока до конца не обдумав свой нынешний статус. Тогда, у реки, отрекаясь от звания божьего сына, в его голове, пустоту заполняли другие проблемы. Потом началась непрерывная гонка со смертью, и времени думать об этом и вовсе не стало.

Пришедший отряд северян уже поравнялся с конем своего господина, и пауза сделалась просто неловкой. На помощь к зависшему в собственных мыслях Мудрейшему пришел, разгадавший причину молчания Яра, Маргар:

– Это Яр, ваша светлость. Он первейший советник для Племени. Мы, по праву, его называем Мудрейшим, и за ним остается последнее слово в серьезных решениях.

– Получается, Вождь это он, а не ты. Непонятно у вас все устроено. – в ироничных словах баронета доля правды, конечно, имелась. – Как-то странно звучит то, что ты мне сказал. Не находишь?

– Что ж тут странного? – не хотел соглашаться Маргар. – Вождь – не имя. Вождем не рождаются. Его выбирают старейшины. Ну а Яр, он, от века, всем нам помогает советом и делом. И пускай он не вождь, но глава. Я вам больше скажу, он хранитель нашего Племени.

Благородный нахмурился, слыша все это, а очнувшийся Яр, подливая лишь масла в огонь, наконец-то решился и сам о себе рассказать, что, и вовсе, уже было лишним.

– Я бессмертный и всю свою долгую жизнь положил на служение Племени. Народ, несмотря ни на что, мне внимает и верит в меня. Это я убедил своих родичей двинуться к вам и хотел бы нести свое бремя и дальше. Мой народ для меня – словно дети родные.

Баронет быстро глянул вокруг, убедившись, что он далеко не один и, прищурив немного глаза, задал Яру вопрос на засыпку:

– Значит, настоящих детей у тебя нет?

Яр почуял какой-то подвох, но ответил:

– Нет. Здесь боги меня обделили.

Альфред мигом изменился в лице и, как резаный, заорал во все горло:

– Проклятый! Взять его!

Люди Монка тут же бросились с разных сторон на Мудрейшего. В воздух взвились мечи, упреждая возможный протест. Яр, в момент оценив ситуацию, поднял руки ладонями вверх и застыл, не стремясь ни бежать, ни сражаться. А вот старый Медведь не мог похвастаться такими железными нервами и, взревев, попытался вмешаться. Один из солдат, налетевших на Яра, был немедля отброшен в сторону, и огромный кулак силача надвигался уже на второго. Но Мудрейший, завидев безумства Маргара, поспешил остудить пыл могучего в прошлом бойца: