Вся пани Иоанна. Том 2 [компиляция]

— Да нет, меня бы и пятнадцать устроили, — грустно отозвался скромный Болек. — А почем они на Западе, вы не знаете?

— Точно не скажу, но знаю, что там в принципе интересуются крупными камнями, от десяти каратов начиная. Да что мы с тобой на брильянтах зациклились, а рубины, по-твоему, дрянь? И поступают они, если мне память не изменяет, с дальнего Востока, а также из Афганистана и от русских. А среди них попадаются и звездные брильянты, это вообще бешеные деньги! На кой черт твоим знакомым героин, им достаточно перехватить несколько штук покрупнее, всегда можно выбрать, а если попадется какой-то потрясающий, о котором мир пока не знает, так и вовсе повезло.

— Очень понятно. Значит, нечто маленькое, но жутко дорогое. А рубины тоже горят?

— Ты что, это совсем другие минералы. Хорошо, отставим рубины, да и Яцек говорил только об алмазах. И даже если они отберут только от пятидесяти до ста каждый... Я имею в виду караты...

Тут из темноты у самой лодки вынырнула какая-то фигура.

— Не знай я, в чем дело, ни минуты бы не сомневался, что двое злоумышленников планируют ограбление ювелира, — сказала фигура голосом сержанта Гжеляка. В голосе звучало явное осуждение, смысл которого сержант тут же пояснил:

— Я подслушал, каждый может подслушать. Неосторожно с вашей стороны, хорошо, что поблизости никого не оказалось.

Здорово он напугал нас! Болек от неожиданности съехал с кормы в рыбью чешую на дне лодки, а я чуть не задохнулась.

— Ну, пан преувеличивает, — неуверенно попыталась я защищаться.

— И вовсе нет, — возразил сержант Гжеляк. — Я уже давно наблюдаю за вами, глаза привыкли к темноте, а сверху вы очень хорошо просматриваетесь.

— Ну ладно, никто ведь нас не слышал? А мы успели о многом поговорить. И пришли к выводу, что наркотики в этом деле только камуфляж, а от ваших следственных методов недолго и помереть от сердечного приступа. Вон, никак в себя не приду.

Пропустив мимо ушей упреки, сержант поинтересовался:

— И к какому же выводу вы пришли во время этого ночного разговора?

Коротенько сформулировав наши выводы, я продолжала:

— А когда мы уже остановились на брильянтах, у нас получается, что Болека они попытаются уничтожить, подстроив ему автокатастрофу с пожаром. В огне сгорят и брильянты, ведь они горят, как уголь. Вот только неизвестно, где это собираются устроить, у нас или уже после пересечения границы...

Сержант перебил меня:

— У нас. Майор тоже такого мнения, как и вы.

— А почему у нас? Откуда вы знаете?

— Майор знает. Копенгаген это липа, вас, пан Болек, получатели будут поджидать по ту сторону нашей границы. Значит, с вами надо покончить раньше.

— А откуда майору это известно?