Мираж [Роман-дилогия]

Суммарная мощность передатчиков. Суммарная. Сообщений о вторжении посторонних на объекты РСЕ—РС не поступало. Значит, суммарный сигнал подали свои либо «крот», сидящий в Плайя де Пальс.

Может быть, случайность? Ошибка? Кто-то из техников случайно нажал не на те кнопки? Ну что ж, начнем с другого конца, с далекого Плайя де Пальс в Испании.

Привычно потянулся к интеркому, чтобы попросить Ирми забронировать одно место на вечерний рейс, улетающий в Барселону, но что-то его остановило. Начнутся недоуменные вопросы, пойдут слухи. Билет можно взять самому. Посмотрим, кто в Плайя де Пальс санкционировал работу передатчиков суммарной мощностью и для чего.

А собственно, когда, в каких случаях используется этот режим? Во время бедствий? Землетрясений? Нападения? Он толком и не знал. С кем бы проконсультироваться? В списке для предстоящих бесед с сотрудниками первым у Ричарда стоял Джон Лодейзин.

«Очень умный, хитрый и опасный человек, имеющий влиятельных друзей в Вашингтоне, мстительный по натуре. Одно время работал в штаб-квартире НАТО в Эвере», — вспомнил Ричард донесение одного агента. С ним нужно будет поосторожнее.

Лодейзина он застал за изучением макета «Исследовательского бюллетеня», еженедельника, распространяемого на РСЕ—РС центральным отделом новостей.

— Погоди, — бросил Джон Каммингсу и схватился за телефонную трубку: — Слушайте, давайте на развороте дадим последнее предписание из Вашингтона. Да-да, насчет книг. Так и дадим, что администрация Рейгана усматривает наличие коммунистических идей и антиамериканизма в таких романах, как «Гроздья гнева» Джона Стейнбека, «Убить пересмешника» Харпер Ли, «Том Сойер» Марка Твена. Мы предписываем всем национальным редакциям РСЕ—РС больше не цитировать и не ссылаться на эти произведения, а библиотекам на всех подразделениях объекта срочно изъять эти книги из обращения… Да, это пойдет. Надо быстрее реагировать на распоряжения СМР. Ладно. — И Каммингсу: — Чем могу быть полезен?

— Устал чертовски. — Ричард опустился в кресло и закрыл глаза. Он решил с самого начала взять доверительно-самобичующий тон, единственно, пожалуй, возможный, чтобы вытянуть Лодейзина на откровенность. — Гоняюсь за призраком, и все без толку, хоть вой…

— Вид у тебя неважнецкий, — поддался Джон.

— Ну! Те звонят, эти требуют: где? что нового? когда будет результат? А я блуждаю, как в лабиринте. Столько ходов, столько версий, а где тот, единственный?.. Отупел бесповоротно. Сейчас бы так и заснул в этом кресле. — Ричард заерзал в кресле, делая вид, что устраивается поудобнее, чтобы вздремнуть. По сочувствующему, участливому взгляду Джона он видел, что пока не переигрывает. — Старая развалина. Ни одной обнадеживающей версии. И ты знаешь, в чем главная трудность для меня? Новый я здесь человек, не успел войти в курс всего, а тут такое громыхнуло. На одних оконных стеклах разорится наша радиостанция. Так вот, многого я еще не знаю, не понимаю. Задаю себе тысячу вопросов, а, быть может, на них уже давно ответы есть. А я кручусь, маюсь, трачу энергию… Слушай, может, перекусим где-нибудь поблизости? Я угощаю. Надо бы снять напряжение. Как, идет?