Что нас не убивает [СИ]

— Как бы сказал ты, на троечку, — вздохнул Виталик, валясь в кожаное кресло. — Нам удалось достичь хрупкой стабильности, но нет никаких гарантий, что мы сможем удержать это все на краю и не свалиться в пропасть. Все-таки, у нас всего одна планета против сам знаешь, скольки.

— Прорывы?

— Пока только мелочь, — сказал Виталик. — Несколько сотен одиночек, три попытки клановых рейда, из них только один — на нашей территории. Один отбили американцы, третьему удалось закрепиться в Австралии, и они держались, наверное, дня три, прежде чем туда подоспели наши силы быстрого реагирования. Австралия — слишком далеко, мы не сразу узнали, что происходит.

— Наши? — уточнил я.

— Земные, — сказал Виталик. — Поскольку ОСССР оказался самым эффективным в деле противостояния пришельцам государством, мы координируем действия остальных и проводим консультации. В общем, куча лишнего геморроя на мою… скажем, голову. Но это все ерунда, ты же понимаешь. Когда Система поймет, что так нас не интегрируешь, она наверняка попытается устроить нам какой-нибудь крупный ивент, и нам придется отбиваться не от рейдов, а от массированных атак и ковровых бомбардировок. Мы подготовились, но этого недостаточно, мы можем дать Системе бой, может быть, даже несколько боев, но победить в этой войне у нас не получится.

— Я как раз по этому поводу, — сказал я.

— Ты что-то знаешь о том, что случится в ближайшее время?

— Нет, — сказал я. — Но у меня есть план.

Он потер ладонью заросшие щетиной щеки.

— Мне должно стать страшно, Чапай?

— Он довольно рискованный, — сказал я.

— Мне уже страшно.

— Но другого выхода я не вижу, — сказал я. — Если мы интегрируемся в Систему, как она этого хочет…

— Мы потеряем нашу цивилизацию, — сказал Виталик. — Растворимся в тысячах миров.

— Но и вернуть все, как было, мы тоже не в состоянии, — сказал я.

— Этот поезд ушел так давно, что мы даже не успели помахать ему вслед, — согласился Виталик. — Хотим мы того или нет, мы уже в игре.

— И нам придется в нее сыграть, — сказал я. — Поэтому я предлагаю изменить правила.

— Я слушаю, — сказал Виталик.

И я ему рассказал.

Много времени это не заняло, поскольку я изложил только сам план, временно оставив за кадром те размышления, которые меня к нему привели, и те выводы, которые я сделал из истории последних лет. И последних витков.

— Выглядит довольно просто, — сказал Виталик, когда я закончил.

— Ну, проблемы обычно вылезают на стадии исполнения, — сказал я.

— Мы столкнемся с противодействием среды.

— Наверняка.

— И в долгосрочной перспективе все это может привести к непредсказуемым последствиям.

— С планами, которые выглядят просто, это обычное дело.

— Но лучшего предложения у меня все равно нет, — вздохнул Виталик. — Я с тобой. Кто еще в курсе?

— Ты первый, — сказал я.

— Нам понадобится Борден, — сказал он. — Или уже нет?

— Все еще да, — сказал я.