Вожаки комсомола

Александр тоже записался в группу и уже предвкушал радость полета, дома только и разговоров было, что про прыжки с самолета. Но Бюро ЦК комсомола запретило ему это. Саша огорчен был чрезвычайно.

Он часто бывал в Московском аэроклубе, который был создан незадолго до этого по инициативе Косарева и носил поэтому его имя. Там у него было много друзей — и летчики и парашютисты. Как-то, проведя целый день на аэродроме, наглядевшись на полеты планеров и самолетов, Косарев признался:

— Эх, сам бы пошел в летную школу. Влюблен я в авиацию…

Косарев не стал летчиком, но всю душу и всю свою всепобеждающую энергию вложил в развитие молодой советской авиации. Он интересовался конструкторской и производственной деятельностью авиационных заводов, ездил туда сам и отряжал для помощи их комсомольским организациям работников ЦК. Под постоянным контролем были и летные училища.

За весьма короткий срок удалось привлечь к авиации самое широкое и горячее внимание молодежи. К X съезду комсомола в стране уже действовало 140 аэроклубов. Энергично осуществлялся лозунг IX съезда «Комсомолец — на самолет!». В 1935 году аэроклубы Осоавиахима подготовили в пять раз больше пилотов, чем в 1932 году.

Особенной популярностью пользовался парашютный спорт. Все мировые рекорды здесь принадлежали советским спортсменам. К 1935 году с самолета прыгнули уже 20 тысяч человек, с парашютных вышек — миллион двести тысяч.

В феврале 1935 года Косарев отчитывался перед ЦК ВКП(б) и Наркоматом обороны о достижениях Ленинского комсомола в развитии авиации. Но он писал не только об успехах, а и о трудностях, о том, что этому делу нужна помощь государства.

«Необходимо: на 1 миллион рублей запчастей для самолетного парка Осоавиахима; увеличить и удешевить выпуск парашютов; снабдить Осоавиахим легкими спортивными машинами типа истребителей в количестве 100 штук» и т. д. и т. д.

К письму Косарев прилагал большой список парашютистов, планеристов и инструкторов парашютного и планерного дела, которых ЦК ВЛКСМ представлял к награждению орденами Советского Союза. Почти все представленные в списке Косарева получили правительственные награды.

Летом 1935 года на Тушинском аэродроме состоялся большой праздник — комсомол и авиация отчитывались за четыре года совместной работы. Массовые достижения показывали авиамоделисты, парашютисты, молодые мастера пилотажа на планерах и самолетах.

Генерал-полковник авиации, Герой Советского Союза Н. А. Каманин вспоминает об одном из организаторов этого праздника: «Мне часто в 30-е годы приходилось встречаться с Косаревым в самой различной обстановке. Он всегда производил на меня впечатление волевого, высокоорганизованного, целеустремленного, умного и чуткого вожака молодежи, беспредельно любившего Родину и свой народ. Но никогда я не видел его таким радостным, веселым и удовлетворенным, как в этот день на аэродроме. Среди авиационных спортсменов Косарев чувствовал себя своим. Его здесь знали, любили, уважали».

Подводя итоги шефства комсомола над авиацией между IX и X съездами ВЛКСМ, Косарев говорил: «…Общепризнано, что мы стали душой и сердцем Осоавиахима, что все новые начинания в общественной оборонной работе связаны с именем Ленинского комсомола… Партия поставила перед нами боевую задачу — стать поколением крылатых людей… Все, что есть самого передового в мировой авиационной технике, должно стать нашим. Летать дальше, выше и быстрее всех — вот задача, которая должна вдохновлять инженеров, конструкторов, пилотов, планеристов и парашютистов».

Не оставался без комсомольского внимания и Военно-Морской Флот. В декабре 1929 года VI пленум ЦК ВЛКСМ дал указание всем комсомольским организациям — шефам военных моряков — держать краснофлотцев в курсе своих дел, знакомить с опытом участия в социалистическом строительстве. Поднимая такой будничный вопрос, генеральный секретарь имел дальний прицел: отслужив срок, моряки придут в народное хозяйство, хорошо, если они будут с ним знакомы.

На этом же пленуме было решено построить за два года подводную лодку имени Комсомола для подшефного флота. А средства для строительства собрать среди комсомольцев, всей трудящейся молодежи и пионеров.

Кампания проходила успешно. Не раз этот вопрос обсуждался на Бюро и Секретариате ЦК ВЛКСМ. «Комсомольская правда» помещала регулярно материалы о том, как идет сбор средств. К 23 февраля 1930 года Секретариат ЦК приурочил закладку подводной лодки. Спущена на воду она была уже в следующем году.

В честь пятнадцатилетнего юбилея комсомола ЦК ВЛКСМ предложил построить на комсомольские средства дивизион подводных лодок имени ВЛКСМ и создать фонд огневой подготовки и изобретений. Цель комсомольской помощи была в том, чтобы поддержать начавшуюся реконструкцию Военно-Морского Флота.

Реввоенсовет высоко оценил заслуги комсомола и его Центрального Комитета в восстановлении и развитии флота. А Александр Косарев приказом № 1473 от 23 октября 1933 года по личному составу армии зачислен был почетным краснофлотцем линкора «Марат». С тех пор Косарев стал частым гостем на этом корабле Балтийского флота. Бывал он и в других военных частях.

В 1931 году генсек совершил поездку по пограничным заставам Дальнего Востока, посетил, в частности, заставу имени Косарева. С ее солдатами-комсомольцами Александр провел несколько боевых дней — участвовал в тревоге, ходил ночью в дозор, спал на солдатской койке. Вернулся в Москву полный впечатлений и сразу написал своим новым друзьям письмо, полное теплых слов о том, как пограничники встретили его, о храбрости и непритязательности юных воинов, служба которых представляется ему издалека еще более героической.