Сон в летнюю ночь (СИ)

А тут объявила Галана о бале-маскараде.

Приглашения были разосланы всем, кого она посчитала интересным. Надо было бы остановить эту вакханалию, но я все реже попадала в тело, но пока так и не вернулась в свое. Гавр был неспособен более советовать ей и поправлять по ходу действия, она больше начала прислушиваться к дяде и Аквилу. Те же, развили такую деятельность, что маг за голову схватился. Благо граф Дарринг, что был моим куратором с начала, помог установить паритет между всеми «друзьями» императрицы, объяснив тем, что она уже не их подруга и сюзерен, а властительница целого государства и влезать в ее дела не стоит, ибо это чревато. Дядя был человеком понятливым и смекнул, что ему тут ничего не выгорит, даже при его ментальной силе, а только спровоцирует гонения уже государственного характера. Он придержал и прыть Аквила. Тот не был уж сильно огорчен, так как близкий круг давал ему такие возможности и таких женщин, что терял голову от количества приглашений, от внимания самых высоких инстанций и высшего света. Галана нервничала, понимая, что ее кавалер молод, хорош собой и холостой, и это лишь еще больше привлекает к нему женских особей. Но сделать ничего не могла, а он уже и не хотел: зачем ему капризная королева, когда рядом, только моргни глазом, хорошенькие фрейлины, дочки высоких рангов и их жадные мамаши, желающие заполучить в зятья приближенного друга императрицы.

Вскоре она поставила вопрос о своем желании выбора будущего мужа-консорта, а вот перед этим и решила объявить о бале-маскараде.

Столица была атакована мужчинами и по приглашениям и без них. Одни пытались представиться императрице, другие просто любопытствовали, чтобы потом быть в центре внимания с рассказами очевидца. Но кроме них, на бал слетелись и женщины, начиная от шестнадцати и старше.

Галана купалась в лучах славы и пристального внимания. Она привыкла к такому и ей не составляло труда присутствовать и развлекаться по полной, чего не было у меня. И когда вместо нее появлялась я, то уже начали понемногу приглядываться ко мне и удивляться, чего нельзя было допустить ни в коем случае. Ведь тот час слухи о двойственности характера поползут по империи и многие решат, что королева сумасшедшая. Гавр опять пытался объяснить это Галане, но та только плечиками пожимала и фыркала на замечания. Даже мне пришлось написать ей небольшое послание, дабы напомнить, что если так пойдет дело, то неизвестно еще, кого Торец оставит в ее теле. Это было действенным, и она разом притихла.

Но все же случилось то, чего я боялась — она встретилась с Киром. Как потом рассказал мне Ник, эта встреча была дикой и ужасной. И чуть было все не пропало, если бы в это время в спальню не ворвался Гавр, услышав вопли и крики Галаны. Её ведь никто не предупредил, что дракон испытывает ко мне чувства, да и никто не знал об этом, кроме вездесущего Ника. Он-то и кинулся в спальню, когда услышал голос Галаны.