Пять жизней на двоих, с надеждой на продолжение
- Автор: Литвинцев Игорь Юрьевич
- Год: 2022
- Язык: русский
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Пять жизней на двоих, с надеждой на продолжение». Краткое содержание книги:
В первой книге я уже упоминал, что мои детские воспоминания складываются из двух вещей: отдельных кадров-картинок, которые по какой-то причине застряли в памяти, и семейных воспоминаний, дополненных фотографиями из альбомов. Со вторыми все понятно – показывали и рассказывали не раз. А вот первые – они поражают меня и сейчас своей избирательностью и отсутствием всякой системы.
Возьмем для примера месяц, проведенный мной в Туношне – летнем лагере детского дома, где моя бабушка Лидия Карловна работала воспитателем. Прямо сейчас вижу кадр, как с чьей-то ладошки, не торопясь, я ем смесь земляники и черники, выбирая языком и губами сначала самые спелые ягоды. А вот кадров сразу несколько: я наверху косогора, потом все крутится перед глазами, и вот я уже лежу внизу на спине, раскинув руки. Понимаю, это я скатываюсь боком с поросшего травой откоса, как мне кажется, с огромной скоростью. А вот всплывает другая тема – коллективная рыбалка. Несколько мужчин тянут бредень по разным берегам протоки, оставшейся после разлива Которосли – кадр первый. Я застыл в прыжке во время своих ненормальных восторженных скачек по берегу – кадр второй. Потом бросаюсь к улову, вываленному из бредня на траву: куча шевелящихся живых рыб – кадр третий. И вдруг в голове возникает инстинктивный темный ужас – вспоминаю, как из этой кучи выскальзывает змея и очень быстро ползет прямо на меня! И спасение, папин крик: «Не бойся! Это уж, он не ядовитый!» Последнее, возможно, уже из рассказов и фотографий.
Потом все кадры получали объяснения. Детдомовские девочки, присматривающие за мной в отсутствие бабушки, делились со мной собранными ягодами, а моим любимым занятием было скатываться с откоса на луг. Никто этому не учил. Сам изобрел себе такое занятие. Кадры с рыбалкой – последствия родительского приезда. Папа, как всегда, нашел возможность совместить любимую рыбалку с посещением летнего лагеря. И дядя Юра тоже есть на фото, а я сижу у него на голове. И, как сейчас, слышу ворчание бабушки в адрес нашего лихого соседа: «Опозорил меня перед коллективом, явился утром в столовую в пижаме, да еще и подшофе! И когда с утра успел хлебнуть?»
Вот мы с какой-то маленькой старушкой (лица не помню) смотрим на козочек, свинок и другую домашнюю живность. Остался в памяти кадр с козой, которую я одной рукой трогаю за голову, а другой держусь за маленькую сморщенную руку. Это моя прабабушка Ксения Дмитриевна, привезенная после войны с Украины и жившая сначала в Большом Селе, а потом у нас, устраивает мне прогулку по соседним дворам улицы Собинова. И тут же ее рассказы, многократно повторенные потом бабушкой и мамой, про их дом в Первомайске на крутом берегу Буга. Своя собака – большой красавец шпиц, свой ручной орел. Оба встречают прабабушку, идущую с базара. Павлины сидят на заборе и дико орут, когда прохожие дергают их за перья хвостов; кролики, живущие в большой яме; утки и огромные индюки, атакующие любого чужака. И, конечно же, здоровенный кот! Это был какой-то немыслимый рай для меня! На фоне хилых сарайчиков соседних дворов, где томилась местная домашняя живность, невозможно было представить эту картину в реальности.
Много интересного я про себя маленького узнал от бабушки. Любимой темой ее воспоминаний было мое пребывание в летнем лагере Туношна. Оказывается, за месяц два раза я чуть не утонул, но меня в самый последний момент вытаскивали из воды и откачивали. Второй раз это случилось, когда я самостоятельно решил простирнуть закаканные штанишки (лямка не отстегнулась вовремя).
Моя любимая бабушка Лидия Карловна работала там воспитателем, и даже, кажется, старшим. По-видимому, ей разрешили в качестве поощрения и внучка с собой на природу прихватить. Я думаю, старшие детдомовские девочки, которые ее реально любили и рады были помочь, с удовольствием присматривали за мной, когда она была занята по лагерю. И не только присматривали, но и угощали собранными лесными ягодами. В детском доме желание добровольно разделить с кем-то свою лично добытую вкусную еду стоило дорогого. Ну и, конечно, добровольное опекунство позволяло девам уклоняться от всяких хозяйственных работ. Они даже ссорились из-за того, чья очередь со мной оставаться.
Еще бы! Я совершенно не мешал им собирать ягоды, так как от природы был спокойным и созерцательным ребенком. Они вскоре убедились, что всегда найдут меня там, где оставили, и неплохо этим пользовались. А я часами мог наблюдать за муравейником, пытаясь понять, как же он устроен. Подкармливал мурашей козявками, наколотыми на кончик травинки. Или еще очень любил изучать старый пень с живущими на нем ящерицами. Ну а про болотце с головастиками, тритонами и прочей разнообразной водной живностью и говорить нечего. Была бы только подходящая кочка, откуда можно за ними наблюдать. Меня даже сеть паука кругоряда привлекала. Они были такие желтые, ее обитатели. Мохнатые и ненасытные. Могли до пяти штук разных насекомых за раз слопать. Я проверял неоднократно.