Я научу тебя любить
- Автор: Акулова Мария Анатольевна
- Серия: Самые разные — самые близкие #2
- Год: 2021
- Язык: русский
- Жанр: Самиздат
Электронная книга - «Я научу тебя любить». Краткое содержание книги:
Корней становится ближе, она сжимается сильнее…
Чувствует касание к щеке — он просто ведет носом, а ей хочется отвернуться… Но нельзя ведь. Он не будет терпеть истерики.
Нужно было собраться, а Аня будто задеревенела.
Пересиливая себя, раскрыла губы, понимая, чего он ждет, попыталась расслабиться, позволила опрокинуть себя на спину, почувствовала, как под футболку пробираются пальцы… Задрожала еще сильней…
Знала, что дыхание учащается… Знала, что близка к тому, чтобы всхлипнуть… Но старалась… Потому что он не любит слезы.
Судорожно втягивала живот каждый раз, когда его — уже голого, касались поцелуи мужских губ…
Не выдержала, зажала рот ладонью, впилась в нее зубами, чтобы… И сама не знала, чтобы что… Чтобы отрезвить себя болью, наверное.
Только не помогло. Потому что скатывающаяся все выше футболка заставляла чувствовать себя все ближе к краю отчаянья…
Когда губы Корнея были под грудью, а руки на талии, Аня не выдержала — все же всхлипнула… Застыла… Задержала дыхание… Знала, что он прекрасно чувствует все — и дрожь, и напряжение, и страх… Знала, что надо все же…
Корней оторвался от тела, заглянул в лицо. Пусть было темно, но Аня не сомневалась — хмурится. Смотрит на нее… Видит ли отчаянье в глазах — непонятно.
Но медленно спускается взглядом. От глаз до зажатого ладонью рта, по шее до вновь слишком быстро, будто в панике, вздымающейся груди, по голой коже живота туда, где в талию вжаты его пальцы…
Снимает руку, кладет на живот… И чувствует то же самое — судорожная попытка втянуть, чтобы контакт стал менее тесным, еще более частые вдохи и короткие выдохни… Зажатость похлеще той, что была впервые…
И при этом отчаянная борьба, потому что она зачем-то пытается стянуть футболку сама… Одной рукой, другой по-прежнему глуша всхлипы…
— Ань… — когда Корней окликает, мотает головой из стороны сторону, тянется уже обеими, не понимает, почему не получается, снова всхлипывает, снова дрожит, шепчет: «я сейчас… Просто…». Сама не знает, что «просто», но усиленно борется. С собой и с футболкой… — Аня.
Вздрагивает, услышав требовательное обращение. Смотрит в глаза, становится еще более раненной под его взглядом — слишком серьезным… Откровенно не знает, что делать — это видно. Откровенно измучилась…
— Что случилось?
— Ничего, я… — но вместо того, чтобы ответить, продолжает вести политику партии «покорной жены». — Помоги мне, пожалуйста…
Говорит, явно подразумевая футболку, прогибается в спине, чтобы стянуть было легче, а когда Корней выдыхает, скатывая ткань вниз вместо того, чтобы помочь, Аня снова тянется к своему лицу — уже двумя руками. Прячется в них, начинает трястись уже откровенно от плача, отворачивает голову…
— Что случилось, Аня? Что не так? Ты слышишь меня? — никак не реагирует на то, что Корней откатывается, поворачивается на бок, притягивает к себе… Ее лицо по-прежнему в ладонях, тело деревянное, бьет дрожь…
— Ничего. Ничего. Я… Ничего… Я сейчас… Дай мне минуточку… — лепечет что-то, сама же себя явно пытается убедить. Не рыдать. Собраться. Исполнить… Долг.
— Я понял, что ты не хочешь, Ань. Спокойно. Случилось что? Говори…
Замирает, услышав требовательное. Пытается все же выровнять дыхание. Немного расслабляется… И тут же снова сжимается пружиной…
— Зайка… Я же не враг… Скажи просто… Я пойму… — наверняка слышит. Наверняка знает, что он в принципе впервые обращается настолько мягко. Но вместо того, чтобы ответить, отнимает руки от лица, сжимает с силой его шею, утыкается в грудь и начинает судорожно рыдать.
— Алло, Коль… Привет… — Корней сидел в гостиной, перекатывая между пальцами мячик. Чувствовал себя безумно странно. Хладнокровно. Зло. И пусто. На часах — семь с небольшим. Ночь без сна. Много мыслей. Много вопросов. Ни одного ответа. Только отчаянные слезы, которые затихли ближе к рассвету. — Я знаю, что рано. Но тебе на работу к десяти. Коню понятно, что не спишь.
Слишком резкие формулировки, как для звонка с просьбой, но…
— Ольшанский, прекращай… — такая же реакция на попытку коллеги пошутить… — Ты мне Аню отпустишь на пару дней? До конца недели. У нее сессия, но она рвется работать… Хочу, чтобы подготовилась нормально. Сдала.
Этот разговор шел вразрез со всеми представлениями Корнея о правильности, но… Это просто очередное: «не зарекайся, Высоцкий»…
— Спасибо. Я знаю, что умница. Не сомневаюсь…
Получив нужный ответ, скинул. Продолжая мять мячик одной рукой, другую опустил на колено. Сначала смотрел на постепенно гаснущий экран, потом на дверь своей спальни. Туда, где спала Аня.