Внутренний свет (СИ)

— И Ник его за шкирку, как котенка!

Ржач стал еще громче. Они перемывали кости… Ему! Все его темные рефлексы взбунтовались. Он был не последним человеком в ордене и парни с радостью ему прислуживали, а после окончания траура многие и лечь под него хотели — опыт и силу перенять. Он не ебал никого, как делали многие его коллеги. Не мог без чувств, без любви, совсем как светлый. Он знал, что и Ульрих таким не занимался. Может еще и потому оказался способным к магии посредников, ценящих любовь, верность и преданность, но отвергающих предрассудки светлых. Фил и Марк уже были супругами. А сейчас они его обсуждали как цирковую обезьянку!

Он вошел.

— А вот и наш темный рыцарь, — осклабился Фил.

Именно Фил рассказывал, как Ник обошелся с Иоганном в сновидении! До этого случая молодежь еще держала с ним дистанцию, но сегодня его привилегированному положению пришел конец — он теперь один из них. По поведению в сновидении он им всем пока уступал в умении держать себя в руках. То, что он был «парнем» Хедвиг, еще больше приближало его к ним. Лекс, возлюбленный Проспера, на завтрак так рано не приходил в будни. Ему велено было отсыпаться и поправлять здоровье, что тот и делал.

— Доброе утро, — улыбнулся Марк.

— Доброе утро, — буркнул Иоганн.

— Ты чего мрачный такой? — поинтересовался Змей.

Иоганн ничего не ответил, молча взял себе овсянку.

— Ебаться он хочет, — это был Адриан, «принц магии», как они его дразнили.

— А Хедвиг не дает! — хором сказали все.

«Казню», — чуть было не ляпнул Иоганн.

— Смотрите, покраснел, — заржал Фил.

— От стыда или от гнева? — хохотнул Проспер.

Иоганн сжал нож в руке. Но ему уже рассказали, что люди в доме, в том числе и он сам, не находятся в своем обыденном состоянии сознания, а потому относиться ко всем нужно бережно и уважительно.

— Убил бы нас, — ухмыльнулся Фил, комментируя жест Иоганна.

— Но выгодный брак для ордена, — передразнил его Марк.

— И Ник с Тэдом шкуру спустят, — улыбнулся Проспер.

— А Хедвиг не дает! — опять засмеялись все пятеро.

Иоганн чувствовал, что не выдерживает. Его подымало со стула…

— Доброе утро, — услышал он любимый голос.

Парни преобразились. У него аж челюсть отвисла.

— Привет, Хедвиг, — тепло сказал ей Адриан.

Все остальные мгновенно уткнулись в свои тарелки и стали изображать джентльменов.

— О, вы даже ножом и вилкой пользоваться научились, — хмыкнула Хедвиг. — Еще немножко и мужланство из вас все-таки выветрится.

— Ты на нас позитивно влияешь, — хохотнул Фил.

— Доброе утро, Иоганн, — улыбнулась Хедвиг и шутливо подала Иоганну руку.

Тот встал, не удержался, склонился и поцеловал поданную руку. Не так, как для рукопожатия, между прочим, а ладонью вниз протянутую ему, с явным намеком отнюдь не на дружеское рукопожатие.

— Здравствуй, — хрипло произнес он, выпрямившись и посмотрев Хедвиг в глаза, прозрачно-голубые как и у ее матери Эльвиры, жены Ульриха.

— Вот это да, — почесал затылок Адриан.

— Учитесь хорошим манерам, бурши! — назидательно произнесла Хедвиг и грациозно уселась за стол рядом с Иоганном.

Иоганн посмотрел на притихших «буршей». Они озадаченно смотрели на Иоганна, а он… Тысяча чертей! Он ухмыльнулся сам как мальчишка и сел на стул.

— Я отвезу тебя на лекции? — спросил он Хедвиг.

— Спасибо! — улыбнулась ему она.

Он чуть не кончил.

«Какие же посредники все-таки сволочи», — подумал он. Но летать ему очень хотелось научиться. А секса с Хедвиг хотелось еще больше. Впрочем, его сорокапятилетней соображалки даже в измененном состоянии сознания хватало на то, чтоб не завалить ее прямо здесь. И с тем, как поступил с ним Ник, он был согласен. Он сам бы так повел себя, полезь невменяемый мужик к его дочери. Нет, он бы просто удавил за такое. Его же всего лишь отпустили во сне на высоте третьего этажа. Сам, так сам, летай… Если сумеешь.

***

— Ты разрешишь поцеловать себя? — шепнул он в машине.

— Да, — ответила Хедвиг, глядя Иоганну в глаза.

Он нежно коснулся ее губ своими губами, а затем принцесса выпорхнула из его ауди и убежала на лекцию.

Иоганн чувствовал, что едет крышей. За каких-то пару дней он превратился в сумасшедшего! Ему было неловко за то, как он вел себя во сне, но он ничего не мог с собой поделать! Да, методы обучения магов-посредников были действенными. Очень действенными. А Ульрих, довольный выгодным браком своей дочери, только письма строчил ему. Иоганн был уверен, что его друг, вернее теперь уже вскоре тесть, потирает руки и подсчитывает прибыль. Воспоминания о делах хоть немного отрезвили его. Он очень надеялся, что не дойдет до стадии, когда полезет по водосточной трубе за Хедвиг еще и наяву. Хотя о том, как их, а теперь и его босс гонялся за своим благоверным, ему уже рассказали. И о том, что проделали с сознанием Проспера и Лекса, тоже. И это темным было тоже не по зубам. Объединить сознание, фактически вселиться в тело другого человека, сделать его одержимым, только не духом, а собой! И после этого темных чертями обзывают обыватели?! Да они со всеми своими ритуалами и рядом не стояли с этими дьяволами! Но посредники о своих умениях держали язык за зубами крепко, а для обывателей прикидывались простачками, ловящими духов, пацифистами, не участвующими в военных конфликтах, а то, видите ли, им плохо от этого, и к власти не стремились. Но презренное злато любили и вероятности событий изменять умели вполне в свою пользу, в том числе и в денежных вопросах. Ему свою помощь уже «взаимовыгодно» предложили. Тэд с Джорджем хищно улыбнулись, Тони что-то недовольно пробурчал, потом позвал Проспера и тот примчался как ветер. А от Ульриха пришло сейчас еще одно письмо.