Электронная книга - «Древний мир. Полная история». Краткое содержание книги:
Многочисленные научные труды и музейные выставки убеждают нас, что об истории человечества известно почти все и практически на любой вопрос у историков есть ответ. Однако если мы всмотримся в далекое прошлое более пристально, то обнаружим там множество противоречий и нестыковок. Почему, например, живописцы Средневековья изображали античных персонажей, как своих современников, в соответствующей времени жизни художника одежде? И как древние воины могли поражать своих врагов бронзовыми мечами, если бронза – хрупкий материал и хорошее режущее лезвие из бронзы получить затруднительно? И почему в раскопках гробниц египетских фараонов находят стальное оружие, если Древний Египет не знал металла? Или все-таки знал? А как, в конце концов, объяснить стальное долото, которое было найдено в пирамиде Хуфу, построенной за 2900 лет до н. э.? Новая книга серии «История на пальцах» раскроет читателю тайны далекой древности.
В течение нескольких десятилетий в Этрурии царило относительное спокойствие, если не считать нескольких локальных мятежей, о которых до нас дошло крайне мало информации.
В 312 году до н. э. было закончено строительство знаменитой Аппиевой дороги, первой римской мощеной дороги протяженностью около 350 км, шедшей от Рима до Капуи. Эта дорога была выложена из квадратных камней, и по ней свободно могли проехать, не сталкиваясь, две повозки.
Это позволило Риму наладить бесперебойное снабжение войск, действовавших против самнитов на юге Апеннинского полуострова. Однако положение римлян существенно осложнилось в 311 году до н. э., когда против них вновь выступили северные этруски.
Дело в том, что в 311 году до н. э. закончился срок 40-летнего перемирия, заключенного в 351 году до н. э., и этруски основательно подготовились к этому событию. Этрусские города объединились. Вольсинии, Кортона, Перуджа, Тарквинии и даже Фалиски собрали большую армию и попытались отобрать у римлян город Сутрий, ставший римской колонией.
Один из римских консулов того года Квинт Эмилий Барбула с армией выдвинулся на помощь осажденным.
Аппиева дорога, проложенная по приказу римского диктатора Аппия Клавдия Цека
При появлении римлян этрусские вожди стали думать: торопить им развитие боевых действий или затягивать. В конечном итоге, они предпочли спешные действия осторожным, и на другой день с восходом солнца был выставлен знак к бою, и этрусское войско вышло на битву.
В Этрурии за оружие взялись уже все племена, кроме арретинов, и осадой Сутрия, как бы ворот Этрурии, положили начало великой войне.
ТИТ ЛИВИЙ, древнеримский историк
Римляне также подготовились к сражению. Консул Квинт Эмилий Барбула приказал вынести вперед знамена и выстроил войска неподалеку от неприятеля. Какое-то время обе стороны стояли, напряженно ожидая, чтобы противник первым издал боевой клич и начал сражение, но уже миновал полдень, а ни с одной стороны не было еще пущено ни одной стрелы. И лишь после полудня, чтобы не уйти ни с чем, этруски издали крик и под звуки труб двинулись вперед. Не заставили себя ждать и римляне.
Этрусский воин. Статуя на крыле «Флора» Луврского музея, Париж (Франция)
После этого под Сутрием в тот год не произошло ничего примечательного, потому что в этрусском войске за одну битву были уничтожены все передовые части и остались только вспомогательные силы, едва способные охранять лагерь. Да и у римлян раненых было столько, что от ран уже после боя скончалось людей больше, чем пало в ходе сражения.
Яростно сшиблись бойцы: у врагов превосходство в числе, у римлян – в храбрости. Битва шла с переменным успехом, многие пали с обеих сторон, и все – самые храбрые, и тогда лишь решился исход сражения, когда измотанные передовые отряды были заменены свежими силами второго ряда римского войска. Этруски же, у которых передовые воины не были поддержаны свежими подкреплениями, все полегли перед знаменами и вокруг. Эта битва не имела бы равных по ничтожному числу бежавших и огромному числу павших, если бы ночь не укрыла этрусков, твердо решившихся биться насмерть. Так что победители опередили побежденных и положили конец сече: после захода солнца был дан знак отступить, и противники возвратились на ночь в свои лагеря.
ТИТ ЛИВИЙ, древнеримский историк
Битва этрусков против римлян. Композиция из храма «А» в Пирги. Примерно 460 год до н. э. Этрусский национальный музей виллы Джулия, Рим (Италия)
Военные действия возобновились лишь на следующий год, когда к обеим сторонам подошли подкрепления. Из Рима подошла армия консула Квинта Фабия Руллиана, а этруски в это время уже возобновили осаду Сутрия. Численное преимущество опять было на стороне этрусков.
На раскинувшейся внизу равнине хорошо видны были несчетные вражеские рати, и тогда консул, чтобы выгодным положением возместить для своих численное превосходство противника, поднял войско немного вверх по склону – место было неровное и каменистое – и тогда уже повернул знамена против неприятеля. Этруски целиком полагались на свою многочисленность и, позабыв обо всем, так поспешно и так жадно кидаются в бой, что выпускают все свои дротики, чтоб поскорее начать рукопашную, обнажают мечи и стремглав бросаются на противника. Римляне, напротив, метали то стрелы, то камни, которыми их в изобилии снабжала сама местность. И вышло так, что удары по щитам и шлемам привели в замешательство даже тех этрусков, кто не был ранен, и подойти для ближнего боя оказалось не так просто, а для дальнего не осталось метательных орудий, и этруски остановились, открытые ударам, потому что их толком ничто не защищало, а некоторые даже начали отступать, и тогда на колеблющийся и пошатнувшийся строй, вскричав с новою силой и обнажив мечи, ринулись гастаты и принципы. Этот натиск этруски сдержать не могли и, повернув знамена, врассыпную бросились к лагерю. Но когда римская конница наискосок пересекла равнину и оказалась на пути беглецов, они отказались от лагеря и кинулись в горы. Оттуда почти безоружная толпа, изнемогая от ран, добралась до Циминийского леса, а римляне, перебив много тысяч этрусков и захватив тридцать восемь боевых знамен, завладели еще и вражеским лагерем с богатой добычею. Потом стали думать и о преследовании врага.
