Острог на Печоре: О государевой крепости, протопопе Аввакуме и его соузниках

Через него проходили все послания пустозерских узников, поступавшие в Москву. Он организовывал переписку с ними и, пользуясь доверием Аввакума и его соузников, удостоверял подлинность их писаний.

Находясь в заточении, Авраамий написал трактат «Вопрос и ответ старцам Авраамия». Через сочувствующих ему караульных направил это послание на волю, возобновив переписку с Аввакумом. В послании «горемыкам миленьким», датированном летом 1675 года, Аввакум пишет: «Спаси Бог за послание отца Авраамия. Сын мне духовной был, в бельцах Афонасей».[233]

Весной 1672 года Авраамия сожгли в Москве на Болотной площади.

Для проведения сыска и расправы над Аввакумом и его единомышленниками 23 февраля 1670 года был назначен стрелецкий полуголова{26} Иван Елагин. Он хорошо знал эти края, так как ранее, с 1661 по 1663 годы, был воеводой на Мезени. Затем служил в личной охране царя и пользовался особым доверием.

В марте 1670 года Елагин приехал на Мезень и учинил сыск над духовными детьми Аввакума Федором и Лукой и, не добившись от них покаяния, повесил.

В своем «Житии» Аввакум вспоминал: «И за вся сия (послания к царю и патриарху. — Н. О.) присланы к нам гостинцы: повесили в дому моем на Мезени на виселице двух человек, детей моих духовных, — Федора, преждереченнаго юродиваго, да Луку Лаврентьевича — рабы Христовы, светы мои, были…»

Здесь же Аввакум рассказал о том, как вывез Федора из Великого Устюга, когда возвращался из сибирской ссылки. Там Федор бродил лет пять в одной рубашке, босиком, «зеловелику нужду терпел от мраза и от побои». Юродствовать Федор начал после того, как во время бури чуть не утонул. Плыл он тогда на лодье с Мезени. И только Бог помог ему избежать смерти.

В самый страшный момент, когда, казалось, море заберет его к себе, Федор дал слово Богу, что пойдет в юродивые, если останется в живых. Аввакум упоминает также, что Федор родился и вырос на Мезени, в зажиточной семье: «Отец у него в Новегороде богат гораздо, сказывал мне, мытоимец-де, Федором же зовут, а он уроженец мезенской, и баба у него, и дядя, и вся родня на Мезени. Бог изволил, и удавили его на виселице отступники у родни на Мезени».

В Москве Федор помогал Аввакуму делать выписки из церковных книг для полемики с никонианами. Как наиболее верному своему ученику и храброму воину Христову, Аввакум поручал Федору наиболее ответственные задания.

Так, через него он передал письмо, и Федор отдал его лично в руки царю Алексею Михайловичу. Именно Федору Аввакум поручал доставлять свои послания в осажденные Соловки.

Среди других юродствующих Федор отличался смелостью, не боялся царя и в одно время, «пришедь пред царем, стал перед ним юродством шаловать» и так досадил, что был отправлен в Чудов монастырь. Но вскоре царь сжалился и велел его отпустить.

Во время нахождения Аввакума с семьей в ссылке на Мезени Федора за какие-то дерзкие поступки выслали в Рязань, где, находясь под началом архиепископа Лариона, он сидел закованный в кандалы и «реткой день плетьми не бивше пройдет».