Пастораль с лебедем

Очутившись на дне этого оврага, подковой огибавшего центр села, приезжий воскликнул:

— Взгляни, брат, каков рельеф местности! Самой природой он уготован под натуральный амфитеатр!

Но баянист пожаловался.

— Вы правы, дружище, но мы связаны по рукам и ногам — всю инициативу душат синька и дрожжи. Материал незаменимый — стимулирует и воображение, и дух, настоящий допинг — синька для декораций, дрожжи для кальвадоса, сиречь вдохновенья. Но на месте не производится, а ввозится с гулькин нос. Никто не желает всерьез заняться импортом, один старьевщик пыхтит, Васька Тюлькин.

— Ну, синька синькой… — возразил лектор. — Допустимо, как самостийное художественное средство, деталь, так сказать, самобытной народной культуры. Но дрожжи? Прости, дорогой, это же химия! Какую глубинную взаимосвязь ты находишь между эстетикой и алкогольно-фруктовыми напитками?

Заметим, правда: до рождения этой мысли, как и идеи о театре на манер античного, лектор лично отведал разных местных кальвадосов, один из них они прихватили с собой.

— Так ты говоришь, он персиковый? — сбившись с мысли, спросил лектор. — Да ну? Тридцатиградусный? Ладно, только ложечку… Ну, глоточек, что ли, для ознакомления… Да брось, ужасно много налил! А что, если к нему спичечку поднести, к твоему «персику»?

«Персик» горел. Лектор ахал, удрученный:

— Сволочь, горит! Туши! Там что-нибудь осталось?

Отхлебнул, поперхнулся:

— Жжет, дрянь! И жареным несет… Ух!.. крепкая, — содрогнулся он, продолжая: — Неужели вы, как баянист, работник культурного фронта, регулярно смешиваете все эти жидкости? Такое не для меня. По мне лучше отдать все свои фрукты свиньям.

Баянист ответил:

— Мы свиней не держим… Простите, пожалста, у нас. У меня жена вегетарианка.

Услышав такое, лектор сел, можно сказать, на своего объезженного конька.

— И правильно поступает ваша супруга. Вегетарианцы — наше будущее. Знаете ли вы, что наш мозг ненавидит почки из-за того, что они, почки, не в состоянии процедить все жидкости, которые мы в себя вливаем. Великое дело — вода! Пьющий воду относится к потребляющему горячительные напитки так же, как вегетарианец — к пожирателю мяса. Когда человек не в меру воспламеняется, чем он заливает пожар внутри? Благодатной ключевой влагой!

Баянист перебил его:

— У нас, простите, свой рецепт… В таких случаях в рот страдальцу выжимается свежий помет молодой лошади. Слыхали, нет? На себе испытал — как рукой! Правда, в Ааму осталась одна молодая лошадь — Буланый у Тюлькина-Синилькина. Так Васька держит его помет в холодильнике, в свежем виде, как салат.

— Вот и я говорю, — подхватил лектор, — почкам надо помогать. Ибо если мозг воспламенится… Простите, всё-всё… Довольно, не наливайте… Гм-гм. Ну, только ради вас. А теперь, прошу, продолжим изучать ландшафт. По дороге я вам объясню, дорогой баянист, с чем сопряжено превращение в человеческом организме сладкого фруктового сока в бесцветную жидкость.