Электронная книга - «Превозмоганец-прогрессор 3». Краткое содержание книги:
Известие о внезапном появлении на Полуострове избранной Конгрессом правительницы Гирфеля дало сигнал всем, что теперь без войны никак не обойтись, вселило надежды не только в проимперских эмигрантов и затворников, но и в тех не титульных дворян, кто рассчитывал в ходе смуты повысить свой статус или материальное положение. Именно последняя категория вояк со всех концов Полуострова сейчас торопилась придложить свои мечи и доблесть лидерам враждующих партий.
Компания новых знакомцев имела и запасной вариант на случай, если условия, которые им предложит временный правитель, их не устроят. Квартет дворян собирался тогда продолжить свой путь до Истора, герцогства, граничащего с королевством Веск и с Гирфелем, где находился политический центр антиимперских сил и в котором наверняка, после известий о Латане, начали собираться сторонники младшего принца Ямирона Вескского.
— Лэн, как тебе здешнее вино? — вспомнил о соседе Тоббик, — Нормальное? А как тебе наше предложение? Присоединитесь?
— Да, ты знаешь, мы бы согласились, только, вот, проделали большой путь и хотим пару-тройку деньков отдохнуть, — Игорь поставил на стол кружку с довольно неплохим вином, которое едва пригубил, — Вы же, как я слышал, уже с утра завтра двинетесь дальше. Кстати, а к принцессе Ливорской? Такой вариант не рассматривали?
Вопрос землянина вызвал оторопь у всех четверых его новых знакомцев. Даже при том, что они были весьма пьяны.
— К Крольчихе?! — Тоббик гаркнул так, что на их стол оглянулось половина зала, — Да ты что? — заметив реакцию посетителей, он сбавил голос, — Она же дура! И потом, — лидер компании доверительно положил руку на плечо попаданца, — Лэн, её дело заведомо проигрышное. Плевать на империю — она далеко. А Веск и Тар-Ней рядом. Что же до Конгресса, — он ещё больше понизил голос, — У меня младшая сестрёнка там в секретариате служит… Даже среди тех, кто проголосовал за Крольчиху, многие не желают её видеть у нас на Полуострове, так что, рвения в поддержке ливорской дряни проявлять не станут. А ты… ты серьёзно собираешься служить этой уродине? — Тоббик оскалил крепкие жёлтые зубы и прикусил верхней челюстью нижнюю губу, изображая, как по его мнению должна выглядеть Латана.
Парн посмотрел на Игоря чуть прищурившись. Попаданец понял, о чём сейчас подумал соратник. Вассал обязан защищать не только жизнь, но и честь своего сюзерена. Конечно, у Егорова отмаз для себя имелся — он сейчас в разведывательном рейде и попутных проблем должен всячески избегать — но он и в самом деле, чисто по мужски, обиделся за свою подругу.
— А ты её видел, что ли? — спокойно уточнил он.
— Я? Нет, — расхохотался Тоббик, — Но так все говорят. Дура и уродина.
Высказывание дурака напомнило Игорю бессмертное творение Киплинга про Маугли. Там бандерлоги тоже утверждали: "это правда, потому что мы все так говорим". Обезьянья логика.
— Знаешь, Тоббик, — Егоров внимательно посмотрел на хулителя своей сюзеренши, — Дело даже не в том, что я сам родом из Ливора, и ты сейчас оскорбил любимую сестру моего короля, и не в том, что, в отличии от тебя, мне несколько раз довелось видеть герцогиню Пелонскую, и она реально очень красивая, а в том, что вообще злословить за глаза о благородной женщине недостойно дворянина, да и любого мужчины. Всегда, я считал тех, кто, словно глупая дворовая рабыня, распускает злые сплетни, полным дерьмом. Ты же согласен со мной, дружище?
Глава 20
Конечно, ничем иным, кроме как дуэлью, слова, брошенные Игорем Тэббику, закончиться не могли. Только, местные правила и понимания дворянской чести заставили перенести поединок на утро — и соперник лэна Кароса протрезвеет, и придут вызванные появившимся к концу дня трактирщиком представители городской стражи, чтобы засвидетельствовать соблюдение правил схватки. Нет, можно было и за городом сойтись на мечах, там никаких ограничений для дуэлянтов не существовало, но об этом даже никто и не подумал. Зачем лишние сложности?
"Нафига я в бутылку полез? — вздохнул про себя землянин и повернулся в сторону Парна, лежавшего рядом с закрытыми глазами, но с открытым ртом, — Хорошо, что добрый старшина Пасюк об этом никогда не узнает. Какой ты, к чертям собачьим, разведчик? — спросил бы он."