Империя ненависти [ЛП]

Затем его большие, горячие руки обхватывают мою талию, и мир уходит у меня из-под ног. Он поднимает меня, понимаю я, но прежде, чем я успеваю среагировать, мой зад сталкивается с твердой поверхностью стола.

— Что это?

— Я специально упомянул, что мне понадобятся ответы, когда я вернусь. Начинай говорить.

Мои ладони находят его плечи, и я толкаю его, но с таким же успехом я могла бы пытаться сдвинуть здание.

— Почему ты хочешь знать?

— Не загружай этим свой умный мозг. Все, что тебе нужно сделать, это выплюнуть причину, по которой ты так себя вела, когда я прикасался к тебе.

Я смотрю в сторону.

— Может, я не хочу об этом говорить.

— А может, мне наплевать на то, чего ты хочешь. — его пальцы впиваются в мои бока. — Теперь смотри на меня и говори. Не заставляй меня повторяться.

Я не думаю о своём следующем шаге.

Хотя, наверное, стоило бы.

Я придумала миллион лжи, чтобы сказать ему, но, глядя на его лицо, я не могу произнести ни одной из них.

Поэтому я перехожу к чему-то другому.

К отвлечению.

Ухватившись за его пиджак, я притягиваю его ближе и прижимаюсь губами к его губам. Сначала просто мои губы на его губах в тишине кабинета.

Затем в воздухе раздается рычание. Его.

Мои мысли рассеиваются и уходят в небытие, когда одна его ладонь с силой сжимает мой затылок, а другая остается на талии. Большая, теплая и… безопасная.

Это последняя мысль, которая должна была возникнуть у меня насчёт этой ситуации или о нем, но она там, в глубине моего испорченного сознания — это безопасно.

Полностью и абсолютно безопасно.

Он целует меня медленно, словно, как и я, не верит, что это происходит.

Спустя годы.

Одиннадцать, если быть точной, но кто считает, верно?

Я стараюсь держать себя в руках, правда. Я та, кто это начал, и это должно быть на моих условиях и только на моих.

Поэтому я держу свои губы в замке.

— Откройся. Мне.

Он подчеркивает каждое слово, прикусывая мою нижнюю губу, а когда я не подчиняюсь, он захватывает чувствительную кожу между зубами и прикусывает так сильно, что я удивляюсь, что не идёт кровь.

— Блядь. Открой рот.

Мой рот разрывается от хныканья, и он использует эту возможность, просовывая язык. Внутренности разжижаются от грубой страсти и неапологетичной силы, с которой он держит меня.

Он целует меня так, словно хочет разрушить меня и одновременно поклоняться моему телу. Он целует меня так, словно я его заклятый враг и единственный друг.

Моя голова плывет от недоумения, и это размывает признаки приступа паники, которую я обычно испытываю при подобных обстоятельствах.

Его язык играет с моим, лижет и делает совершенно беспомощным. В воздухе раздается стон, и я не уверена, его это или мой.

Я даже не уверена, что я делаю. Я всего лишь хотела заткнуть его, но это превращается в нечто большее.

Это превращается в то, что я не могу остановить или контролировать, даже если бы захотела.

Мои ноги широко раздвигаются, когда он устраивается между ними, и это заставляет возбуждение, которое я беспомощно сдерживала, разгореться во мне.