Одержимость [ЛП]

А там, в дальнем конце аллеи, стоял Самаэль. В данный момент его рога скрылись, и он выглядел как прежняя царственная версия себя, блистая в прекрасной одежде.

Захра была права: хоть есть у него титул, хоть нет, он был королём, и власть исходила от него, как лучи от солнца. Его сила и красота настолько ошеломляли, что иногда мне казалось, будто надо отвернуться.

Хоть демон, хоть ангел, Самаэль временами казался слишком божественным для этой планеты.

Даже с такого расстояния мой взгляд остановился на нём, словно остального мира не существовало. Его серые глаза, его точёные черты лица были маяком красоты.

Магия города текла в мои ступни из брусчатки, вибрируя в моём теле. Столетия истории покоились подо мной.

Я медленно шла по камням, наслаждаясь этим моментом.

Давным-давно, когда мужчины и женщины женились, жених стоял в дальнем конце церкви. Свадьбы проводились в деревне невесты, где парень мог вообще никого не знать. Так что он приезжал пораньше, знакомился со всеми, а потом ждал прибытия своей невесты. И именно это мы делали теперь — Самаэль пришёл в мою деревню и ждал меня.

Вот только мы не могли пожениться в церкви, ведь он в буквальном смысле демон.

По старым традициям отец вёл свою дочь к алтарю. Но у меня такового не было, ведь так? Я выползла из земли — душа, возвращённая в мир самим Вороньим Королём.

И сейчас я чувствовала, что другое присутствие готовится отдать меня под венец — сам Вороний Король шёл рядом со мной в последнем прощании.

Я на ходу всматривалась в лица вокруг меня. Мои глаза загорелись при виде мамы. В кои-то веки она выглядела трезвой, но по её щекам катились слёзы. Моё сердце разрывалось от этого. Мне не нужно было гадать, почему она плачет. Рада за меня, убивается из-за Элис.

Эрнальд стоял рядом в плохо сидящем костюме-тройке, щеголяя подкрученными усами. Он улыбался от уха до уха и показывал большие пальцы вверх. Он одними губами произнёс что-то вроде «я же тебе говорил».

Я не знала, что именно хотел сказать мой босс. Наверное, когда я подозрительно относилась к ангелам, именно он сказал мне, что они хотя бы лучше альбийских королей. И что, может быть, добро и зло не всегда такое чёрное и белое.

Тура стояла рядом с огромным мускулистым мужчиной с широкими плечами. Он смущённо помахал мне, покраснев.

Я не сразу поняла, кто это, а сообразив, что это Нико — смертный, который угостил меня оленьим рагу — я широко улыбнулась ему.

На брусчатке передо мной дорожка мха тянулась подобно ковру.

В моей голове крутилась старая песенка.

«Внизу у реки Башня Костей

Если ты потерялся, Доврен — это дом.

Львы ушли. Вороны мертвы.

Облака над головой, шторм впереди».