Рискованная ставка

В увиденной истории я проник в окружающий барьер мир глазами животного, которое просто хотело жить и наслаждаться жизнью, но было убито охотниками, как и вся его стая. Поглощение этого духовного камня дало ясное понимание, что звери ни разу не плохие и большинство из них никогда не атакует просто так.

Если и есть в окружающих город лесах звери-убийцы людей, то это несчастные, одинокие существа, потерявшие свои стаи, поголовно истребленные именно людьми. Они мстят за убитых детишек и взрослых сородичей, но и это скорее исключительные, единичные случаи. Люди, в подавляющем большинстве случаев, нападают на зверей первыми, так как умники-демиурги поместили внутрь них кристаллы духа и завязав механизм самосовершенствования на противостоянии внешнему миру.

Совершенно идиотская идея, сравнивать, кто изощрённей справится с задачей истребления других живых существ и таким образом, по находчивости, настойчивости и еще не весть чему, определять победителя. Для пропитания людям столько охотиться не потребовалось бы. Большинство магических зверей убивали только ради их кристаллов. И разумеется, что при таком раскладе, звери будут бояться и ненавидеть этих безжалостных двуногих. Им приходится защищаться от безвыходности. И это неожиданное понимание заставило относиться к животным и даже монстрам, которых мы так называем из-за их необычного или устрашающего вида, совсем по-другому.

Выяснив у людей на улице, сколько прошло времени, я отметил, что камень дал примерно десять духовной силы на шкале моего кристалла, что соответствовало лишь половине от того, что я должен был получить со слабого духовного камня с наполненностью на уровне номинала. В этот момент, мне нужно было остановиться, сделать паузу, прогуляться или перекусить, но на радостях, что байка про сумасшествие всего лишь байка, я решил, что успею культивировать еще несколько раз, пока все вернутся с работы. С виду  ничем не примечательный «слабый» камень, вопреки приметам, оказался максимально «наполненным». И я увидел жизнь убийцы Марка. Даже удивительно, каким чудом этот камень попал именно мне в руки.

Красногривая обезьяна жила в стае и стала такой же несчастной жертвой охотников, как и зверек до этого. Она напала из безысходности, в приступе ярости, пусть сам Марк и не был из числа охотников, он выглядел, пахнул и вел себя, как они. Когда я увидел принадлежащее теперь мне тело со стороны, втаптываемое в землю и ощутил эту праведную ярость, даже не испытал никакой жалости к парню, вторгнувшемуся в места обитания обезьян ради охоты.