Академия Эдрегор. Иная

— Наверное, меня побудили к этому те же доводы, что и чуть ранее вас, ваше высочество, — переключив все внимание на Брая, процедил сквозь зубы лис. — Ведь вы тоже не побежали искать помощи в деканате у дядюшки, а впутали во все это невинное создание с прекрасными наивными синими глазами. Совесть вас не грызла? Ведь вы подставили ее. Рассказали, что ваша мать пыталась вылечить последствия темного ритуала у оборотня клана тигров?

— Мы не знали, что это было!

— Уверен, что ваша мать достаточно мудра и опытна, чтобы отличить темный ритуал от лихорадки! Даже моя мать, имеющая исключительно горизонтальные отношения с магией, смогла сделать правильные выводы…

— Это…

— Хватит! — рявкнула я, не выдержав этой перепалки. От перенапряжения, заполненного темной магией резерва и просто усталости у меня сильно гудела голова и клонило в сон. А яд в их разговоре добавлял горечи в эту и без того малоперспективную, но такую нужную беседу. — Никто не обратился в деканат потому, что причина не только в том, что доверять некому, но и… это не эльфийка применяла магию.

— Что-то я не понял. Вы мне только что рассказали…

— Что видели. Но не все то, что мы видим, — правда. Я слышала, как магистр говорила с призраком. Она говорила, как мужчина. И хранитель врат подтвердила мои догадки. Она говорит о темном маге, который притворяется белым. Он использует амулеты, чтобы не попасться гончим. Но это мужчина.

— Хранитель врат, значит, говорит с тобой…

— Совсем немного.

— И почему с тобой?!

Я открыла рот, но не смогла ответить. Слова… это не то, чем можно было убедить его. Слишком долго он считал таких, как я, злом. И теперь тот, кто все это затеял, — докажет, что Брай был прав, считая темных магов чудовищами.

— Я не знаю, — мотнув головой, ответила я. — Она просто иногда что-то говорит мне. Предупредила о неприятной встрече, когда мы выходили в город, теперь об опасности. Но я понятия не имею, чем так полюбилась хранителю. Да и не важно это. Нас призвал Эдрегор. Всех троих. И значит — важно найти общий язык. Выяснить, что именно мы можем сделать.

— И кому потом это все рассказать, — снова подал голос лис. Чем заработал полный неприязни взгляд Брая. — Не смотри на меня так. Хочешь сказать, в твоей семейке не ищут способов укрепить и усилить свою власть и влияние? Семь Лучей с начала времен не могли поделить корону. И, я слышал, мало что изменилось, когда их осталось всего четыре.

— Маг — темный! — справедливо напомнил Ноллан.

— И что? Долго заключить сделку? Два одинаково мощных Луча — это куда выгодней и проще, чем семь, да еще и неравносильных. Я слышал, магия иссякает. Кто не пойдет на сделку, когда цель так выгодна и благородна, а цена — пара-тройка дивных?

— Думай, что говоришь! — вскочил со стула Брай.

— Прости, но в его словах есть крупицы истины, — пресекла я его порыв, чем заработала полный неверия взгляд. — Сам посуди — маги слабеют, болеют, стареют… Магистр Левенталь попал в целительскую. Поговаривают — у него приступ. Когда в последний раз маги просто болели? Все пытаются найти ответы и решения. И тут я согласна с деканом Лоусоном — тот, кто это все затеял, пытается вернуть магию не только темным, но и светлым. И еще… не просто так тебя всеми правдами и неправдами пытаются удалить от Эдрегора. Сначала на испытании, потом помолвка… Кат говорила, что если бы ты не отказался от этой Сани, мог в течении полутора месяцев оказаться очень далеко от столицы. Кто-то знает, что ты можешь помешать, знает, зачем ты в этих стенах. И это тот, кто знает лично тебя. А значит, искать нужно обе стороны монетки.