Искатель, 2019 №5

В продуктовом отделе пришлось поползать на коленях в поисках какой-нибудь приличной еды. Но все съедобное, все, что можно было найти на полках, давно уже отсюда выгребли. В одном из холодильников мне попались остатки мяса: тушки неизвестно кого, все еще обернутые в полиэтиленовую упаковку. Я думал, что давно привык к этому, но запах и вид испорченного мяса с отложенными в нем личинками вывернул меня наизнанку. Я даже не успел отойти в сторону и блеванул прямо там, возле холодильника с этой дрянью. Меня так долго выворачивало одним желудочным соком, что живот до сих пор неприятно ноет, да и горло саднит так, что все время хочется пить. Зато сколько у меня теперь воды! Эти идиоты, которые вынесли отсюда все, что могли, все до последней крошки, не догадались заглянуть в служебное помещение в самом конце зала. Пришлось, конечно, повозиться с замком, но все это ничего по сравнению стой большой нетронутой пятилитровой бутылью для кулера, которую я там обнаружил: она стояла за диваном и как будто специально дожидалась именно меня.

По неработающему эскалатору я поднялся на второй этаж. Здесь, в одежных и обувных бутиках, мне повезло больше. В магазине для неформалов, в закутке торгового центра, я нашел отличные мартинсы. Бесценная находка по нынешним временам! Такие ботинки не промокают, и в них можно сколько угодно ходить по грязи. Да и вряд ли они сносятся так же быстро, как мои кроссовки, — я поменял уже третью пару. Правда, ботинки велики мне размера на два, и даже если надевать их с носком и портянкой, они все равно болтаются на ноге, но это лучше, чем ничего. В соседнем магазине нашелся отличный рюкзак из плотной непромокаемой ткани. Он девчачий, с розовыми цветочками по бокам, но всяко удобнее моей дорожной сумки, которая все время сваливается с плеча. Свой скудный скарб я тут же переложил в рюкзак, а сумку бросил прямо там, на полу. Мне не хотелось с ней расставаться: все-таки столько времени она была со мной, но что поделать, мне и так приходится тащить картон, а теперь еще и пятилитровую канистру воды. С убогого однорукого манекена, валявшегося на полу в «Модной молодежной одежде», я снял вполне приличные джинсы. Можно носить их поверх тех, что на мне сейчас, тогда они не займут место в рюкзаке, да и ночами так будет теплее. В примерочной я нашел треснувшее зеркало и заставил себя в него посмотреться. Я давно уже не видел своего отражения и даже не представлял, что сделалось со мной за время скитаний. Я ожидал, что увижу в зеркале незнакомца. Но я узнал себя, узнал даже лучше, чем в прежние времена. Теперь — почему-то именно теперь — я смотрел на свое лицо и не удивлялся: я знал себя именно таким. Я знал, что я — это тот самый парень, который только что напяливал на себя вторые джинсы, а несколькими часами раньше ползал по грязному, заляпанному полу супермаркета в поисках еды, а еще раньше шел по дороге, умирая от усталости, шел в этой тихой холодной ночи и, как безумный, разговаривал сам с собой. Я поразился только тому, как сильно похудел: лицо мое стало таким узким, что даже несуразная ощипанная борода, которую я иногда состригаю маникюрными ножницами, не спасает положения. Теперь-то я знаю, что делал это зря: обрезанная кое-как и чем попало бороденка выглядит совсем нелепой на моем и так не очень-то симпатичном лице.