В пятницу раввин встал поздно

– В 12. 35 Салемская местная радиостанция передает последние известия. Последние минуты они посвящают местным новостям.

– И вы думаете, что какая-то местная новость заставила ее выскочить из дому? С какой целью?

– Чтобы встретиться с кем-то.

В такой час? Да и где? Я знаком с этой программой – личных она не передает объявлений. И почему она не надела платье, раз ей нужно было встретиться с кем-то? Действительно, рабби, вы кажется…

– Потому что времени не оставалось, – перебил его раввин. – Ей нужно было успеть ровно к часу. Она точно знала и место, где она его сможет поймать, так как ровно в час он отбивает время в ящике на углу.

– Вы имеете в виду Билла Нормэна?– Лэниген вытаращил глаза на раввина.

Тот кивнул.

– Но это же невозможно. Он как раз справил свою помолвку с дочерью Ремзея. Я тоже был там. Почетным гостем. Это было как раз той ночью.

– Я знаю. Вот об этом-то и передавали по радио. Я был сегодня на радиостанции и проверял. Подумайте минуточку над всем этим, помня постоянно, что девушка была беременна. По словам всех тех, кто ее знавал, она один единственный раз встречалась с мужчиной, а именно – на полицейском балу. Лично я думаю, что там-то она и познакомилась с Нормэном.

– Неужели она прямо на балу и забеременела?

– Вряд ли. Бал состоялся в феврале. На балу она лишь познакомилась с ним. Не могу сказать точно, как и когда они начали встречаться, но можно догадаться. Хоть я и профан в этих делах, но знаю, что, отправляясь в обход, патрульный обязан рапортовать или отбивать время в определенные интервалы. Надо полагать, что эти интервалы зависят от расстояния между полицейскими постами.

– Ну, не только от расстояния, – поправил его Лэниген. – Ему предоставляется известный запас.

– Правильно. Я и сам убедился в этом несколько недель назад, когда мне пришлось разобрать конфликт между двумя членами нашей конгрегации. Одному из них нужно было войти поздно ночью в один дом, а ключа у него не было. Он послал водителя такси за патрульным, который, как потом оказалось, регулярно заходил в одно место попить кофе и посидеть.

– А как же вы хотели? Чтобы человек все восемь часов был на ногах и ни разу не присел? Тем более зимой. Надо же человеку и обогреться.

– Правильно, – снова согласился раввин. – Вот я и подумал, что патрульные располагают достаточной свободой действия хотя бы для того, чтобы можно было задержаться и хорошенько посмотреть, если что-нибудь покажется им подозрительным. Я поговорил с Джонсоном, который обходит тот же участок, но днем. Он объяснил мне, что ночной дежурный распоряжается своим временем довольно свободно. На этом участке, например, он обычно останавливается, чтобы поболтать с ночным сторожем Гордонского блока, затем на маслозаводе; у синагоги, когда Стэнли там ночевал и так далее. И вот тут же по пути и дом Серафино. Если не считать детей, которые спят наверху, Элспет была там совершенно одна. Не раз и не два, а каждую ночь вплоть до двух утра, а то и позже. А тут проходит как раз лихой молодой полицейский, к тому же холостой, который каждую ночь должен отбить часы на углу Марпль- и Вайн-стрит, чуть ли не у самого дома Серафино. Зима, холодно, почему не зайти к знакомой девушке, не выпить горячего кофе, не поболтать часок? Условия идеальные.