Интерлюдия [ЛП]

— Это до смешного вкусно. Это…— простонала я, указывая на блюдо с курицей тикка масала передо мной, — …может быть лучшим, что я когда-либо пробовала.

Я откусила ещё один щедрый кусочек, прежде чем закатила глаза. Индийское блюдо было таким маслянисто-вкусным, что потребовалось некоторое время, чтобы вспомнить, что я была на свидании с самым сексуальным мужчиной, которого знаю. Через три четверти приёма пищи я наконец подняла голову. Джулиан наклонился и вытер уголок моего рта, глядя на меня без слов.

— Что? — спросила я, отрывая кусок наана (прим. перев. — наан — пшеничная лепёшка, блюдо индийской кухни). Я положила хлеб на свою тарелку и снова обратила внимание на своего спутника. — Что-то не так?

— Твои глаза сияют как изумруды в этом свете, — прошептал Джулиан, прежде чем сделать глоток «Рислинга».

— И ты знаешь, что делают со мной твои глаза. — Я с трудом сглотнула, наблюдая, как его потрясающие глаза пожирают меня, как будто я была его последней пищей.

Между нами повисла тяжёлая тишина, слышались только разговоры других посетителей, звон бокалов и музыка Рави Шанкара на заднем плане.

Джулиан прикусил нижнюю губу, прежде чем «Лина» сорвалось с его губ. Он произнёс моё имя таким тихим голосом, что мне захотелось, чтобы на меня вылили прохладную воду. Мне нравился этот тон. Это был тон, который заставил меня быть готовой и готовой на всё.