Чертог Волка

При последних словах паренек рассмеялся, а Ив подумал, какой же он все-таки еще ребенок. Колояр вместе со всему стойко сносил тяготы похода, рубился в сечах, переставлял ноги на долгих пеших переходах по Нави, Яви и еще черт знает где. Никой поблажки на возраст ему не делали. Про него Ив знал, что преданный, честный, прямой, как меч. Вранье даже во благо считал подлостью — ему долго пришлось объяснять, что такое военная хитрость. Ив не волновался о своем тыле, если за спиной рубился Колояр. Но вот про самого паренька он знал совсем мало. Только то, что раньше ему довелось побегать волкодлаком по воле Гостомысла, и что он наполовину сирота.

Подаренную Миланой кольчугу его отца, Ив уже давно уговорил носить Колояра. Парнишка отказался принять в дар «уже даренное», но согласился беречь доспех для командира, так как у Ива к тому времени появилось боевое одеяние выше по классу. А кольчугу Златана, Колояр взялся стеречь — носить в аренду. И не смотря на то, что расхаживал в ней, действительно до сих пор считал ее собственностью командира. Поэтому ухаживал за доспехом даже лучше, если бы он был его.

«Надо будет его потом за какой-нибудь подвиг ей наградить. Все же отцовская… Типа, как сыну, нареченному передаю… Или лучше, как брату… Придумаю потом как. Да, и медали с орденами пора создавать и вручать особо отличившимся, а может, и знаки различия ввести. Не погоны, пока пусть будет равноправие под моим единоначалием, а типа лычек — по родам войск. А потом можно будет и что-то вроде погон ввести. Когда-нибудь и до клана дорастем, вот тогда и понадобятся командиры», — размышлял Ив.

— … скучает.

— Что, извини, Колояр, задумался?

— Я говорю, что в перстне Сивка, когда долго сидит, то скучает. И радуется, когда везет нас. Вот вроде и не конь, а червь… И все равно существо живое и преданное. Поэтому не по «одежке» надо судить, а по поступкам, будь то человек или какая иная сущность. Бывает образина страшенная, а душа добрая.

— Знаю я о таком случае, о чудище ужасном…

— Расскажи, — оживился Колояр.

— Да, чего далеко ходить, себя вспомни, при нашей первой встрече. Как увидел ужасного волкодлака, чуть в штаны не напустил, убить хотел со страха больше, а нет уверенности в собственных силах….

— Ты в штаны??? Вот рассмешил, не верю. Ты ВООООН, какой храбрый! А мне, порой, — Колояр перешел на шепот, — страшно бывает. А потом стыдно.

— И, чего же ты стыдиться удумал? Трус не тот, кто страха не имает, а тот, кто его победить не смог. Думаешь, смелый человек ничего не боится? Коли и правду ему никогда страшно не бывает — дурочек он от природ — ущербный. Смелый тот, кто за товарища своего готов жизнь отдать. Вот стоит такой на поле боя, ужас сковывает руки, в штаны писает от страха, но не уходит, а бьется до конца! Вот, такой человек или другого племени — храбрец. Как наш Нарви или Митрич. Он хоть и маленький, но и великану трепку задаст. Особенно со страха! — тут они оба рассмеялись, представив эту картину. Отсмеявшись Ив спросил. — Но ты сказ-то мой будешь слушать про доброе чудовище?