Спаситель под личиной, или Неправильный орк
- Автор: Чекменёва Оксана
- Язык: русский
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «Спаситель под личиной, или Неправильный орк». Краткое содержание книги:
Она может превращаться в любое живое существо по своему желанию. Большого счастья это ей не принесло, зато помогло сбежать от смертельно опасного брака. А спасение раненного дракона подарило в итоге новый дом и исполнило самую заветную детскую мечту.
От автора: По традиции, это добрая, светлая, жизнеутверждающая сказка.
И ещё я заметила, что она не просто молчит, а вообще не издаёт никаких звуков. Совсем никаких, не считая плача. Странно это. Я не то чтобы много о детях знаю, я о них, собственно, вообще ничего не знаю, но у той же Кормилицы даже совсем маленькие дети что-то лепетали, мычали, вскрикивали. Как-то общались. А здесь — тишина. Абсолютная.
Ладно, может, я чего-то просто не понимаю, может, выдумываю. Пусть те, у кого дети были, решают, правильно это или нет. В целом-то девочка славная, симпатичная очень, хотя чему удивляться, с таким-то папочкой. Интересно, у неё тоже появляется ямочка на щеке, когда она улыбается? Пока я ни одной её улыбки не видела, очень серьёзный ребёнок. Но не плачет — и то славно.
Выбрав момент, когда никого рядом не было, я предложила малышке сбегать «в кустики». Наверное, где-то возле таверны был и туалет но мы ушли в лес через дорогу, потому что лучше так, чем наткнуться на мужчину и получить новую истерику. Я не сразу сумела объяснить девочке, куда мы идём, она не понимала моих слов «в туалет», «в кустики», «на природу» или «пи-пи» — я даже это вспомнила из своего детство. И лишь когда я догадалась предложить сходить «на горшок» — она закивала.
Горшок не понадобился, похоже, девочка привыкла ходить именно «в кустики» и ловко управилась сама. Конечно, когда руки Кормилицы доходят до тебя в последнюю очередь, приходится справляться самой. Ложкой она орудовала тоже очень ловко, а братца Акерлея его няня до сих пор сама кормит.
Следующий час или больше я развлекала малышку, как могла. Вспоминала все песенки, байки и потешки, что когда-то рассказывала мне Руби, соорудила из ложек и салфеток что-то наподобие кукол и разыгрывала с ними мини-спектакли, рассказывала обо всём, что мы могли увидеть в окне — «вон птичка летит, а там коровы пасутся, а вон там, посмотри, какой дуб», и к тому моменту, как она уснула у меня на руках, чувствовала себя совершенно вымотанной. Но и гордой — я смогла занять малышку, хотя совершенно ничего не понимала в детях, дочка Вэйланда внимательно слушала всё, что я ей рассказывала, смотрела в окно на то, что показывала, и ни разу не заплакала. Хотя, может, это не моё достижение, а мужчин, которые старались держаться так, чтобы их не было видно из окон кареты.
Поудобнее уложив малышку — под сидениями кареты были припрятаны небольшие подушечки и пледы, на случай, если пассажирам захочется вздремнуть, — я высунулась из окна и помахала рукой мужчинам. Вэйланд тут же оказался рядом.
— Заснула, — шепнула я. Он тут же вытянул шею, стараясь заглянуть в карету.
— Думаю, мы можем сесть внутрь и поговорить, — негромко предложил Реарден, подъехавший следом за ним. — Насколько я знаю детей, она проспит не меньше часа, а то и больше, а мы будем в городе через полчаса, вряд ли больше. Если не шуметь, она не проснётся.
Вэйланд тут же нырнул в карету и, усевшись на свободное сиденье, стал жадно разглядывать свою дочь. Сейчас, когда её лицо было чистым, волосы убраны в хвост на затылке с помощью ленточки, прежде украшавшей подол моего платья, а сама она была спокойной и расслабленной во сне, сходство с отцом просто бросалось в глаза.
Наклонившись, дракон осторожно, едва касаясь, погладил её по волосам, а потом положил руку на застёжку ошейника.
— Что ты делаешь? — прошипел усевшийся рядом Реарден, перехватывая его руку. — С ума сошёл?
— Я хочу снять со своего ребёнка этот проклятый ошейник! Не могу больше видеть его на ней.
— Не сейчас.
— Почему? Она и так его полжизни носит, словно преступник, сколько можно?
— Ты хочешь, чтобы она, чего-то испугавшись, внезапно обратилась прямо здесь, в карете? На коленях у Элая? Можешь себе представить, что произойдёт?
— Она его раздавит, — Вэйланд отдёрнул руку. — Но что же делать? Неужели моя дочь и дальше должна носить эту мерзость? Как долго?
— Я не знаю. Но, к сожалению, носить придётся. Её ничему не обучали, она не умеет себя контролировать, может навредить не только окружающим, но и самой себе. Мне тоже больно видеть ошейник преступника на своей правнучке, но сейчас это необходимое зло. Для её же собственной безопасности.
Вэйланд внял доводам деда, хотя было видно, насколько ему больно. Но Реарден был прав, это даже я понимала. Представила у себя на коленях трёхлетнего дракончика. Не знаю, насколько он больше моего, но даже если такой же — это же в пять раз тяжелее моего веса! От меня останется мокрое место.