Молчи обо мне

— Юля все никак не успокоится? — спрашиваю я, чувствуя острый, как никогда, приступ кровожадности. Если бы она была рядом, даже чувство благоразумия не остановило бы меня, чтобы точно так же разукрасить ее рожу. — Игорь, ты должен это прекратить. Видишь же, что становится только хуже.

Он кивает и опускает голову.

— Она хочет ресторан.

— Подавится, — грубо огрызаюсь я.

Игорь вскидывает голову, и меня накрывает чувство отвращения к себе самой. Как я себя веду? Как та самая стерва, которая нашептывает мужчине, как нужно отомстить бывшей?

— Послушай. — Я присаживаюсь перед ним на корточки, сжимаю пальцами его кулаки, и мы какое-то время сидим в полной тишине. И мне идеально хорошо, как не было уже долгое время, потому что мы понимаем друг друга без слов. И это знакомое чувство родственной души теплым живительным дождем поливает выжженную пустошь моей собственной души. — Просто не позволяй прошлому влиять на твое настоящее. Ты самый преданный, верный и заботливый мужчина из всех, кого я знаю. Ни один муж не сделал бы столько для своей семьи, сколько сделал ты. Пора сложить оружие и жить дальше.

На мгновение мне кажется, что я готова сделать еще один шаг вперед и поцеловать его. Прошло… достаточно времени, чтобы почувствовать вкус поцелуя другого мужчины, чтобы узнать, каково это — быть с другим, ощущать другие руки и другой вкус у себя во рту.

Но я должна сказать о ребенке прежде, чем дам три гудка идущего вперед поезда.

— Игорь, кое-что случилось, — шепотом говорю я, пока он тянется к моим губам. — Это правда важно.

— И не подождет? — Он грустно улыбается, откладывает лед — и я вздрагиваю, когда холодные пальцы скользят по моей щеке до самого основания шеи. — Тебе тоже пора начать новую жизнь, Женя.

— Да, да. — Я улыбаюсь, словно умалишенная. — Теперь — обязательно! Теперь все изменится.

— Что-то случилось? — Игорь немного отклоняется, пытаясь отыскать видимые поводы для моей сумасшедшей радости. — Твой начальник так обалдел от презентации, что еще повысил тебе зарплату?

Я усаживаюсь на диванчик, поджимаю губы, чтобы не слишком громко выкрикнуть о своем счастье. Этот мир еще не готов к такими ненормальным звукам.

— У меня будет ребенок, Игорь. Помнишь, я говорила, что у меня слабость в последние дни? Сегодня кое-что случилось на встрече с Лукой — и мне пришлось поехать в больницу. Моей маленькой жизни около двух месяцев.

Игорь моргает.

Молчит.

Снова моргает.

А потом резко срывается на ноги и отходит, ероша волосы сразу двумя руками. Хочет потрогать себя за лицо, но морщится от боли и ругается, впервые за все время — вслух, громко.

— Это точно? — Он даже не поворачивается ко мне лицом.

— Да, я была на УЗИ и…

Я несусь в прихожую, достаю из сумки пакет с фотографиями. Я не могу показать их Артему, но Игорь не менее достоин этого, и мне нужно, чтобы радость материнства разделил именно он, потому что только такая же изломанная родственная душа может понять всю глубину моей радости.