В Эфире. Дилогия (СИ)
- Автор: Гарцевич Евгений Александрович
- Язык: русский
- Жанр: Боевая фантастика
Электронная книга - «В Эфире. Дилогия (СИ)». Краткое содержание книги:
Пришлось поторопить себя. Света становилось все меньше, зато все чаще попадались ямы с камнями. И если издалека туман казался сплошной стеной, то здесь, среди скал, я даже не сразу понял, что уже в него углубился. Не было четкой границы или мембраны, которую пришлось бы преодолеть. Были просто туманные облачка, подползающие к тропинке. Погрузившись в одно из них по грудь, я услышал знакомый бессвязный шепот.
Шел почти на ощупь, факела у меня не было – хотя даже если бы он имелся, я побоялся бы его зажигать. Врубал темное зрение, намечал путь на ближайшие пять метров, проходил их – и так раз за разом, монотонно и экономно, стараясь максимально сберечь те крохи приона, что удалось поглотить.
Так продолжалось то тех пор, пока рядом не послышался вой, который вплетался в шепот тумана, сливался с ним в тоскливую мелодию, бившую прямо в мозг. Тоска нарастала, переходила в отчаянье – и в момент, когда терпеть это становилось совсем уж невмоготу, раздавался смешок. Гаденький, противный смешок, как металлом по стеклу. Он заставлял вздрагивать, дергаться, оборачиваться. Включая темное зрение, я пытался засечь источник звука, но тот сразу же менял направление. Я спотыкался, падал, вскакивал и, сбиваясь с пути, кружил между холмов.
Потом, сверившись с картой, я врубил темное зрение на полную мощность и побежал. Впереди сквозь туман маячили силуэты существ, которые если и были раньше людьми, то очень давно. Встречи я избегал, забирал левее, краем глаза поглядывая на карту.
Вой изменил тональность, теперь это был явный призыв к атаке. В нем слышалась уже не тоска, а злость и азарт. Я физически ощущал волны чужой агрессии и с каждым завыванием терял по несколько десятков хитпоинтов.
Темное зрение мигнуло и ушло на перезарядку, я приостановился, и это спасло мне жизнь. Я успел разглядеть только блеск на клыках, красный глаз, слипшиеся комки длинной шерсти, когтистые лапы и ослепительно яркий свет приона. Тварь, не ожидавшая моей остановки, пронеслась прямо передо мной.
Я прыгнул за ней.
И нет, меня гнал вперёд не адреналин, а ломка и жажда заполучить прион.
Я успел схватить монстра то ли за хвост, то ли за заднюю лапу – в темноте не различить – и выстрелил в упор. Тварь дико взвыла от боли. Во мне пробудились охотничьи инстинкты, и я тянул добычу к себе. Перезарядиться не мог, поэтому бил прикладом, на котором крепился клык. Не останавливался, пока система не сообщила, что мне добавлено опыта.
Я поглотил прион, выпрямился – и тоже завыл! Получилось, кажется, даже громче, чем у туманного монстра, – с той разницей, что у меня этот вой был наполнен не болью, а торжеством.
Когда я наконец добежал до лаза в Кичирон, за мной гнались уже полдюжины тварей. «Проклятый туманный балам» – так этот вид называла система, а дневник Артейла поведал краткую историю про очередные эксперименты Магнуса над ягуарами. На кошек они, впрочем, походили очень отдаленно (по сути, сходство исчерпывалось наличием хвоста и четырех лап), так что обидеть духов‑покровителей Уасиока я не боялся.
Трех зарубил и выпотрошил по дороге, но остальные быстро поумнели и собрались в стаю. Мой задор хищника схлынул, и мы снова поменялись ролями – я убегал, они догоняли. Темное зрение от частого использования подросло в уровне. Теперь оно работало дольше и дальше, позволяя мне держаться на безопасном расстоянии от преследователей. Но я уже начинал уставать.
Зато я получил подтверждение, что бегу, куда надо. Понял это по запаху. Все‑таки свалка – она и в Эфире свалка. Хорошо хоть, жителям Кичирона хватило мозгов не сбрасывать сюда трупы…
Я вбежал в огромную пещеру. В ней легко разъехались бы четыре автобуса, а до потолка было метров двадцать. Груды отбросов тоже впечатляли размерами. На них копошились мелкие существа, похожие на толстых мартышек с крысьими мордами. О раздельном сборе мусора в Кичироне пока не слышали – дыра в потолке пещеры служила одновременно и канализацией, и мусоропроводом. Над самой здоровенной кучей мерцал луч лунного света, и – о чудо! – болтался канат с узлами.
Едва я успел отправить сообщение Крысе: «Жди, я рядом!», как сзади снова раздался вой. Я метнулся вперед, распугивая помойную живность. Поскользнулся, перемазался чем‑то теплым, потом влетел в какую‑то гниль, зажевавшую меня, как трясина. Но с рычанием, воем и матом я все‑таки прорвался к веревке. Подпрыгнул, ухватился за нее и, увидев вверху улыбающуюся Крысу, заорал ей: «Тяни!»
Веревка дернулась и поползла вверх. Потолок пещеры приближался, а туман вокруг меня редел с каждым метром. Но тут сразу два балама, высоко подпрыгнув, вцепились в мою свисавшую мантию. Я едва удержался, чтобы не сорваться. Ногами обхватил канат покрепче и достал «оскал квинканы». Целиться было легко – и луна подсвечивала, и глаза баламов ярко выделялись на фоне темного мусора, – только перезарядка была неудобная. Я выстрелил дважды, и оба раза попал.
Неожиданно меня перестали тянуть наверх, а потом канат и вовсе стал опускаться. Внизу радостно взвыли, и еще одна проклятая кошка повисла на моей мантии.
– Крыса, что за фигня?!
Я попытался своими силами продолжить подъем, но с грузом было тяжело, да и канат опускался быстрее, чем я взбирался. Взглянув наверх, я похолодел – Крыса целилась в меня из своего легендарного пистолета.
– Посторонись, – она повела стволом, – поохотимся!
Балам тебя побери, и эта туда же! Везет мне на спутников, которые не желают терять ни крупицы опыта и ни крошки лута…
Изогнулся, как смог, и тут же сверху раздались выстрелы. Кошка‑монстр отцепилась от меня с визгом, ей на смену подскочила другая. Стрельба не смолкала, а я болтался на канате, надеясь, что меня не заденет.
Когда горящие глаза под ногами закончились, Крыса крикнула: «Поберегись!» Мимо меня пролетел стеклянный шар, плюхнулся в гору трупов и вспыхнул ярким светом. Мелкие обитатели помойки заверещали и бросились врассыпную.
– Лут собери, – напомнила Крыса, – только быстро, у этой штуки время действия ограничено.
– Мои семьдесят процентов и надбавка за стресс, – предупредил я; надоели мне эти ушлые компаньоны, пора уже самому становиться более предприимчивым.
– Двадцать, стандартный гонорар приманки!
– Сама тогда лезь.
Я стал карабкаться вверх, мысленно заклиная ее не обрезать канат.
– Эй, эй, эй! Не глупи, там сейчас все вырубится! – прокричала она, но я сделал вид, что не слушаю. – Ладно, пятьдесят на пятьдесят.
Это уже было интереснее. Я разжал ноги и стал быстро спускаться. Вокруг шара в радиусе примерно метров пятнадцати все еще сохранялось свечение – своего рода охранный периметр, который не решалась пересекать помойная мелюзга. Я поглотил прион из двух монстров, которых пристрелил сам. Остальных пришлось потрошить, чтобы достать кристаллики.
– Фу, ну ты и воняешь, – сказала Крыса, когда я влез наконец наверх. – Помоги закрыть и переодевайся скорее.
Мы накрыли колодец тяжелой решеткой. Сверху та была гладкой, хоть и со следами ржавчины, а снизу торчали приваренные шипы. Без помощи Крысы я никак бы не смог использовать этот лаз.
«Переодевайся» – это, конечно, громко сказано. Я стянул дырявую мантию и без малейшего сожаления сбросил ее в колодец, пропихнув сквозь прутья решетки. На замену в инвентаре у меня лежала только разноцветная лоскутная кожанка. Пара мысленных кликов – и я предстал перед Крысой в своем лучшем наряде.
– Мда, может тебя все бить пытаюсь за тонкое чувство моды? – поморщилась она. – Ладно, мне пора на работу. Постарайся не поссориться ни с кем до моего возвращения.
Я пробурчал что‑то про мир, дружбу, жвачку, но уже в пустоту. Огляделся, пытаясь сориентироваться. Колодец располагался где‑то на окраине, в одной из тупиковых неосвещенных улиц. По обеим сторонам теснились двухэтажные каменные строения.
Я дошел до поперечной улицы. Та была шире и вела к вершине горы. Неподалеку виднелись темные силуэты двух пирамид, светилось несколько окон, и изредка доносились обрывки разговоров.