Электронная книга - «Война закончилась, львёнок (СИ)». Краткое содержание книги:
Когда они с Северусом патрулировали, он полностью ее игнорировал. Не глядя, подавал ей руку для трансгрессии и после этого отпускал и больше не обращал на нее внимания, пока не приходилось снова перемещаться. Когда она случайно задевала его, он отдергивал руку или отшатывался. В комнату к ней он больше не заходил, беседы они не вели, даже когда пересекались на выходных в гостиной, окклюменция проходила быстро и без комментариев. И Гермиона понимала, что должна радоваться подобному неожиданному спокойствию, но ей не хватало Северуса. Именно его, а не этой оболочки, с окклюментными щитами, которые она терпеть не могла.
Ведьма поймала себя на мысли, что ей нравилось обсуждать дела именно с ним, на равных, нравилось слушать его голос, когда он объяснял ей что-то и подтрунивать над ним тоже нравилось. Сейчас всего этого не было. И хоть на работе это, к счастью, никак не сказывалось, все же Гермиона вдруг поймала себя на мысли, что скучает по вредному, но настоящему профессору.
Очень часто он куда-то уходил один. Обычно в Министерство или для встреч со своим информатором. Тогда она оставалась с Луной и ей даже нравились такие моменты. Она могла часами сидеть рядом с подругой, погруженная в чтение или смотреть, как та рисует. Рисовала, кстати Луна невероятно и, листая ее альбом, Гермиона с восхищением замирала, узнавая себя, Гарри и других членов их отряда. Хотя Гарри на ее страницах встречался чаще других. Она тепло улыбалась и переворачивала страницу. Гермиона обожала слушать рассказы подруги про путешествия и странных магических животных, с которыми ей удалось столкнуться. Часто Луна рассказывала про внутренние дела редакции «Придиры», который она помогала вести отцу. А сейчас журнал вообще был на полном ее попечении.
Два раза в неделю им подключали камин и Гермиона сопровождала Луну в больницу Святого Мунго, чтобы навестить Ксенофилиуса. Мистер Лавгуд в себя так и не приходил. Целители говорили, что будить его опасно, они все еще боролись с проклятием, которое его поразило. В такие дни Луна была печальной и Гермиона вела ее в кафе, где они объедались мороженным.
Уже пару раз она встречала целителя Беккера, и он мягко, но настойчиво напоминал ей про обещание выделить день для обследования. Она смиренно кивала и обещала, что скоро.
С ночи в Коукворте прошел месяц. За это время Снейп прикасался к ней только когда она вкладывала свою руку в его теплую ладонь. Он казался совершенно бесстрастным, видимо ему было комфортно ходить с закрытыми эмоциями и чувствами. Гермиона же так не могла. Она быстро уставала от окклюменции и не представляла, как Снейп постоянно ее использует. Ведьма за этот месяц совсем приуныла от отсутствия общения с напарником и хоть какого-то взаимодействия, но его, похоже, все устраивало. Она по-прежнему получала от него зелье, он отвечал на ее вопросы о деле и иногда смотрел на нее. Задумчивым и тяжелым взглядом. Чувствуя его на себе, она поднимала голову, но он тут же отворачивался.
Сегодня была очень холодная ночь. Сильный ветер сбивал с ног и порой в воздухе даже проносился снег. Гермиона шла по лесу, кутаясь в мантию. Пора было уже переодеваться в зимнюю, так как эту продувало насквозь. Уши у ведьмы замерзли, и она накинула на себя капюшон, желая согреться хоть немного. И хотя это мешало обзору, все-таки неоспоримый плюс в присутствии Северуса был в том, что он был начеку за них двоих. Она уже устала за сегодняшний день и пока то и дело оступалась и спотыкалась получила два испепеляющих взгляда. А когда Гермиона не увидев, что Снейп остановился, налетела на него, он зашипел и резко обернулся.
— Да что с вами сегодня? — голос был раздраженный.
— Простите, сэр, — Гермиона выпрямилась, — просто устала.
— Этот лес надо проверить до конца, Гермиона, — нехотя сказал он, оглядывая ее лицо, — потерпите.
— Конечно, сэр, — она кивнула и пошла дальше.
В этом лесу почти сразу после ее дня рождения с интервалом в несколько дней были совершены преступления. Люди найденные здесь были замучены и клеймены древними рунами. Гермиона желала увидеть их своими глазами, но к телам ее не допустили. Она знала, что фотографии хранятся в полицейском участке и она могла бы пробраться туда, но Снейп запретил ей даже думать об этом, пояснив, что те, кто проверял тела, займутся этим. Но Гермиона могла бы сделать это гораздо быстрее, она хорошо знала древние руны и подобное бездействие, казалось ей расточительством драгоценного времени. Напряжение в городах на побережье тем временем росло и ситуацию начали освещать на телевиденье.
Их отряд неоднократно натыкался на Пожирателей смерти, которые словно дразнили их, появляясь и исчезая так стремительно, что никто ничего не успевал сделать. Поэтому в последнее время патрули стали более сосредоточенные и молчаливые. Действовать нужно было решительно и моментально.
Перед ней неожиданно что-то засветилось и, прежде чем она успела достать палочку, Снейп уже выставил щит. Но это был всего лишь патронус. Его прислал Кингсли для Северуса. Просил как можно скорее прибыть в Министерство. Гермиона испуганно на него обернулась, он помрачнел еще сильнее. Оба знали, что ничего хорошего это за собой не повлечет.
Гермиона надеялась, что он возьмет ее с собой. Но вместо этого, он доставил ведьму в Штаб и выпустив ее руку, подтолкнул к двери, а сам снова трансгрессировал.
Она зашла в гостиную и увидела работающую там Луну, которая сидела, обложившись бумагами, перед камином. Девушка подняла голову, взглянув на Гермиону и нахмурилась.
— Что произошло, Гермиона?
— Сама не знаю, — вздохнула ведьма и села рядом, придвигаясь ближе к пламени, руки совсем закоченели и нос тоже, — но кажется случилось что-то неприятное. Скоро все узнаем.
Она поняла, что права, когда одни за другим были отозваны патрули и все ребята вернулись домой.
— Снейп сказал, чтобы мы вернулись, — пояснил Невилл, тоже устраиваясь рядом с огнем, — и ждали его здесь. Будет собрание.
— Да уж, — цокнула языком Оливия, — в такое-то время.
Когда она была уставшей, ее все раздражало, и Оливия становилась просто невыносимой. Ждать им пришлось долго, они почти не говорили. Просто сидели кто на диване, кто на полу, греясь и напряженно ожидая возвращения Снейпа.
Сэм, немного съехав с дивана, задремал. Том задумчиво курил трубку, Оливия время от времени терла глаза и приваливалась к дивану. Невилл напряженно смотрел в огонь. Драко и Гарри о чем-то тихо переговаривались. Луна писала статью для журнала, а Гермиона не отрывала взгляда от двери.
Когда стремительным шагом Снейп ворвался в их умиротворенную тишину, Гермиона подскочила. Он смерил ее ничего не выражающим взглядом и жестом пригласил всех в столовую, полагая, что там они, лишенные удобных поз, будут слушать внимательнее.
— Сегодня было совершено нападение на Азкабан, — проговорил Снейп, оборачиваясь на них, — скорее всего это была разведка.
Заметив их ошарашенные лица, он пояснил.
— С тюрьмой все в порядке. Они пытались взорвать южную стену. Тюрьма понесла незначительные разрушения. Возможно, они хотели отвлечь дементоров. Про волшебников, которые там работают они либо забыли, либо не посчитали нужным учитывать, но тем не менее именно от них получили отпор. Если их заинтересовала тюрьма, вероятно они попробуют придумать новый план.
— Но об этом писали в прессе, — нахмурилась Оливия, — вряд ли они не знали, что там есть волшебники.
— Возможно им было это известно, — посмотрел на нее Гарри, — но сколько их и как обстоит теперь работа в Азкабане они не могли знать.
— Ну, зато эти сукины дети наконец начали действовать так, как мы ожидали, — пробасил Том, усмехаясь.
— Им нужны те, кто сидит там, — согласился Сэм, — даже если они уже завербовали для своих целей небольшую армию, все же лучше старой гвардии никто не справится. Новички ненадежны.