Ильминэ для асуров

Его хватка изменилась. Теперь он крепко обнимал меня, уползая со мной в тёмный угол и сворачиваясь кольцами так, что я оказалась внутри них.

И снова мои срывающееся до хрипа слова:

— Дарелишш, всё хорошо, я с тобой, я никуда не уйду, мы будем вместе. Ты мне нужен, вернись.

Сумасшедшее мельтешение языка, кольца хвоста становятся плотнее, сжимая меня, лишая возможности шевелиться. В последнее мгновение успела вскинуть руки вверх. Прикоснуться к его лицу, погладить, обхватить ладонями, заглянуть в его глаза, внутрь себя и пустить волну света, теплоты, нежности, прощения по зелёной нити моего наагата.

Змей ломано изогнулся, ослабляя хватку, и вот уже молодой окровавленный мужчина лежит рядом со мной без сознания. А я плачу навзрыд, не в силах остановиться, от пережитого вчера и сейчас ужаса, от облегчения и окрыляющей надежды, что всё будет хорошо. Сняла с себя рубашку, оторвала рукав и, смочив в ручейке, начала обтирать кровь с тела мужчины, чтобы понять, насколько опасны раны. Ран много, но все они мелкие и большинство начали затягиваться прямо на моих глазах. С облегчением упала на колени возле распростёртого тела. Только сейчас почувствовала сильнейшую боль в своих ранах от его когтей. От неимоверной слабости и навалившейся усталости после пережитого стресса, завалилась к наагату под бок, сворачиваясь клубком, отключаясь, уплывая в тревожный чуткий сон.

Пробуждение было резким. Рядом со мной и теперь уже крепко спящим Дарелишшем на камне сидел мужчина с тонким венцом на челе. Обеспокоенно оглянулась на принца, посмотрела вопросительно на сидящего мужчину, отмечая краем сознания, что где-то его уже видела.

— Леди, — заговорил он и сбился от переполнявших его чувств. — Кх, кх... — прочистил горло. — Леди Ярина, Вы второй раз спасаете жизнь моего первенца. Я в неоплатном долгу перед Вами. Как я могу отблагодарить Вас?

— Милорд? Простите, мы ещё не представлены друг другу. Жизнь Дарелишша для меня ценна так же, как и для Вас, — тихим, сорванным от крика голосом ответила правителю. — Мы связаны крепкими узами. Я сама перед собой не признавала этого. То, что произошло, чуть не погубило нас двоих.

Развернулась к спящему, погладила по лицу.

— Помогите нам отсюда выбраться, — попросила правителя.

Я чувствовала слабость во всем теле, боль в ранах пульсировала. Сама бы я из этого подземелья не собралась. Зычный окрик милорда: «Шархаш!» — отозвался болью в висках и слабым шевелением Дарелишша, который раскрыл глаза, медленно отходя ото сна.

— Дарелишш, — позвал обеспокоенно отец, — ты можешь встать?

До этого я сидела, прислонившись к тёплому боку наагата, а теперь попыталась подвинуться, но он удержал меня за талию. Сел, заглянул мне в глаза, и притянул мою голову себе на грудь, нервно гладя по волосам, глубоко с облегчением вздохнул.

—Да, — ответил отцу.

— Шархаш, помоги брату подняться.