От Носке до Гитлера

Германские "демократы", веровавшие в верность Гинденбурга "демократической" конституции, теперь вдруг вспомнили, что один из предков маршала-президента некий майор фон Бенкендорф и фон Гинденбург был приговорен военно-полевым судом к смертной казни за то, что он в 1806 г. сдал без боя крепость Шпандау французам. Эти горе-демократы проводят в эмиграции некую историческую параллель, изображая дело так, что престарелый президент сдал германскую крепость "демократии" без боя национал-социалистам. Крепость Шпандау была сдана без боя французам, исконным врагам. Германская "демократия" была ликвидирована Гинденбургом, который считал эту "ноябрьскую демократию" временным недоразумением. Неслучайно канцлер Папен пользовался такими симпатиями Гинденбурга: он видел в Папене представителя старого доноябрьского строя, вернувшегося на свое старое место. Когда фон Папен уходит, уступая место Шлейхеру, Гинденбургу кажется, что с воцарением "социального генерала" восстановление старого строя отсрочено, и он пишет меланхолически на пожалованном фон Папену портрете: "Я имел некогда товарища!" (Ich hatte einen Кameraden!) Когда по указке буржуазии Гинденбург оформляет национал-социалистическую, фашистскую диктатуру, он и тут ищет прежде всего надежд на простое восстановление старого прусско-юнкерского строя: его любимцем становится никак не Адольф Гитлер, несмотря на лубочные изображения единения "фельдмаршала и ефрейтора мировой войны", а старый прусский офицер и полицейский прусского образца Герман Геринг, которому он в годовщину битвы при Танненберге демонстративно клянется в вечной дружбе и которого он производит в чин генерала от инфантерии. Это опять-таки не значит, что Гинденбург, друзьями которого были Гренер, Брюнинг и Папен, не изберет себе какого-нибудь нового друга, если буржуазии понадобится в политических целях использовать его старческий "ореол".