Орки: Дети Бооргуза

Гайту повернула голову к подошедшим Младшим Теням.

— Добейте здесь всех, шумят. Кого-нибудь притащите сюда живым.

К моменту, когда она закончила повязку, Младшие вернулись, гоня перед собою небольшую стайку орков. Эти тоже все были ранены, но ноги у них уцелели. Почти уцелели, сбежать они не успели.

— Что тут у нас? — Гайту наклонилась к попятившимся оркам, — так.

Вглядываясь с лица пленных, молча щелкала пальцами, и ближайшая Тень убивала очередного. Кто-то молча ждал смерти, кто-то успевал выкрикнуть проклятье, один даже попытался броситься на нее. Тень пришпилила его ногу к полу и замерла.

— Ты кто??

— Я орк, я орк. Убей меня Тень, я буду ждать тебя у Темного.

— Хорошие слова, встретимся. Кем ты был раньше, воин?

Орк подавился и захлопал глазами. Гайту утвердительно кивнула и дернула пальцем. Младшая Тень выдернула посох из ноги орка, и шагнула ближе, не спуская с него глаз.

Выпрямившаяся Гайту толкнула шестом под ноги орку валявшееся рядом копье Младшего стража семьи Лау и замерла. Схватив его, тот ощерился и замер.

— Так и уйдешь без имени?

— Я, Чаа. Я раньше был рабочим Фермы.

— Короткой дороги тебе, Чаа.

Гайту легко отбила неуклюжую попытку удара копьем, и пробила его шестом. Выдернула шест, и пошла было к валу, когда ее жестом остановила Младшая Тень, бросив ей под ноги подвывающий комок. Гайту приподняла бровь и осторожно ткнула его шестом, хныканье усилилось, и она, скользнув по шесту, опустилась ниже.

На камне, извиваясь, пытался отползти за мертвые тела взрослый Носач.

— Ты сейчас говорить, или я тебя буду долго-долго строгать. Ты мне веришь?

— Дааа, я все рассказать, — Носач пытался теперь подползти к ней ближе, волоча за собой раздавленную ногу, — я болеть. Все-все рассказать.

— Как вы бросили свой дом?

— Мы не бросить, мы его защитить. И тогда он наш. Совсем, весь.

Носач, оскалившись, полз к ней, повторяя.

— Наш, совсем, наш, наш.

— Кто это сказал?

Носач на мгновение задумался и, уткнувшись взглядом в пол, еле слышно прошептал.

— Нельзя, накажут.

— Я тебя накажу сильно и долго, сейчас, — Носач, не поднимая головы, приподнял плечи и задрожал, — но я могу никому не рассказать, что ты мне сказал.

Коротышка поднял на нее глаза и прошептал.

— Не рассказать, никому?

Гайту кивнула, и знаком руки отогнала остальных Теней. Скользнув ходулями, она опустилась к самому полу и подставила свое ухо Носачу. Он что-то жарко ей втолковывал, она переспрашивала, он, осмелев, ползал вокруг, горячо доказывая. Кивнув ему, соглашаясь, она парой рывков встала на ноги и задумчиво посмотрела в сторону глухо шумящего и рычащего Бооргуза. Потом отвлеклась на осторожное поскрипывание по дереву. У ее ноги лежал еле живой Носач преданно с надеждой глядя на нее, из последних сил что-то шептал. Переступив ногами, она вгляделась и только по губам прочла.