Вороника. Хозяйка драконьего острова

Выдержала паузу, во время которой воцарилась тишина, нарушаемая негромкими стонами Себастьяна, звоном оков и ветром, что шумел на фоне.

Алмариан почтительно поклонился, принимая моё решение. И Абаль последовал его примеру.

Так! Отлично! Я крута!

Оставалась одна небольшая деталь… Мне было неудобно говорить то, что необходимо было сказать. После всяких высокопарных речей моё признание прозвучало ещё более убого, чем могло бы:

 –  Только… Я не знаю, как нам попасть на мой остров…

39

 –  Пойдём, принцесса! – звал меня Абаль. – Сейчас надо воспользоваться кулоном, он переместит нас на другой конец моего яблоневого сада. Я специально храню у себя в саду парочку мёртвых деревьев в каждом удалённом уголке… Кулон, правда,  после этого придётся заменить – он не приспособлен для перемещения такого количества людей. Но я заменю. Дерево магии расцветёт, и я заряжу этот кулон заново или создам новый! А сейчас прикажи своему эльфу хватать негодяя для перемещения! – и он презрительно махнул посохом в сторону Себастьяна.

Я посмотрела на Алмариана, который склонил голову якобы в почтительном поклоне, но я прямо чувствовала его улыбку.

 –  Тебе нужно схватить Себастьяна и не отпускать до конца перемещения, - произнесла важно. -  Я буду держать тебя и Абаля.

Эльф кивнул и направился к лежащему на примятой траве Себастьяну. Склонился над ним, и, когда было потянул уже руку, Абаль произнёс предупреждение:

 –  Не касайся цепей.

Алмариан замер, а затем решительно положил ладонь на плечо почти бессознательного колдуна. Тот дёрнулся от прикосновения, по цепям вновь проскользил синий свет, и Себастьян скрипнул зубами, сдерживая стон боли. Эльф стиснул плечо колдуна в знак поддержки, обернулся на меня растерянно.

Я нерешительно приблизилась к ним. Себастьян, хоть и слабо, но ещё продолжал пытаться вырваться из оков, а те в ответ светились синеватым светом.

 –  Что это? Твоя магия? – спросила я у Абаля с любопытством.

Тот в ответ горько вздохнул, подходя ближе.

 –  Нет, моя магия почти утрачена, без священного дерева её почти нет, а дерево не расцветёт, пока жив Себастьян. Я сам так однажды решил, посчитав, что это поможет мне не отступиться и завершить отмщение. Какую же глупость я тогда совершил! – он досадливо цокнул языком и тяжело вздохнул, сожалея об утраченной силе. Но потом тон его сменился, и я поняла, что отныне все надежды старика ожили, как никогда: - Мне стоило неимоверных усилий добыть металл, из которого сделаны эти оковы. Ореливий – металл не нашего мира. Металл, который забирает магию и от этого крепчает. Чем сильнее колдун и чем больше он пытается выбраться, тем прочнее оковы, – он говорил это с гордостью, смакуя каждое слово. – Я так долго искал его… Десятки лет… Мне нужен был способ добраться до Себастьяна, и я верил, что если не в нашем, то в чужих мирах точно есть то, что способно помочь мне! Ореливий стал настоящей находкой…