Джером К. Джером. Собрание сочинений в одном томе
- Автор: Джером Джером Клапка
- Язык: русский
- Переводчик: Е. С. Кудашева
- Жанр: Юмористическая проза
Электронная книга - «Джером К. Джером. Собрание сочинений в одном томе». Краткое содержание книги:
Один викарий рассказывал мне, с известным подмигиваньем глазами, как однажды эта важная леди пригласила его к себе в свой роскошный экипаж и попросила указывать ей, где живут бедные, которых она желала осчастливить своим личным посещением. Под руководством викария она объездила несколько темных и узких улиц и во многих трущобах раздавала милостыню. Наконец они подъехали к переулку, в котором ютится больше всего бедноты. Заглянув в этот переулок, кучер обернулся к своей госпоже и сказал:
— Миледи, здесь экипаж не пройдет: слишком узко.
Леди вздохнула и прощебетала:
— Ах, как жаль!.. Поверните назад, Джек.
И чистокровные рысаки повернули назад.
Там, где ютится настоящая беднота, нет места великолепному экипажу леди Баунтифэл. Такие закоулки доступны только одному действительному Милосердию, которое повсюду проскользнет незаметно; оно не чета надутому Тщеславию…
Выслушав викария, я спросил его:
— Чем же, по-вашему, заменить эту показную благотворительность, которая совершенно не достигает цели?
— Справедливостью, — ответил викарий. — Если бы воцарилась справедливость, не было бы и нужды в благотворительности.
— Однако некоторым искренним добрым людям благотворение доставляет огромное удовольствие, — заметил я.
— Да, и я согласен с тем, что таким людям несравненно приятнее давать, нежели брать, — проговорил викарий и тут же со вздохом прибавил: — Но до осуществления моего идеала справедливости — увы! — еще очень далеко. Если мы и приближаемся к нему, то очень медленными шагами.
II
Философия и «демон»
Насколько мне известно, философия состоит в перенесении с твердостью всяких невзгод. В этом смысле величайшим философом смело можно признать ту простую женщину, которая была доставлена в больницу с ногою, пораженною антоновым огнем. Осмотрев эту ногу, врач прямо сказал:
— Вам придется отнять ногу.
— Всю? — осведомилась больная.
— Да, до колена… может статься, даже и выше. Вы поздно спохватились явиться сюда.
— А без этого никак нельзя обойтись?
— Никак нельзя, если хотите уцелеть сами.
— А?.. Ну, режьте с богом! Это ведь не голова, а только нога, — утешила сама себя мужественная женщина.
Люди низших классов имеют перед нами, лучше поставленными и обеспеченными, то огромное преимущество, что им постоянно доставляется случай упражняться в благородном искусстве философии. Как-то раз я присутствовал на вечере для поденщиц, устроенном нашими благотворительницами. Когда многочисленные «гостьи» были напоены чаем с печеньем, мы приступили к увеселению их. Одна молодая леди, гордившаяся уменьем «читать по руке», захотела предсказать «гостьям» судьбу.
При взгляде на первую протянутую ей руку миловидное личико современной сивиллы омрачилось облаком грусти.
— Вам предстоит большая тревога, — сказала она обладательнице руки, почтенной старушке.
— Только одна? — с улыбкой переспросила та.
— Да, только одна, а потом все пойдет хорошо, — уверяла леди, видимо довольная тем, что ее слова принимаются всерьез.
— Ну, слава богу! — пробормотала старушка.
Очевидно, она так привыкла ко всевозможным тревогам, что еще одна новая нисколько не смущала ее.
Впрочем, и мы все с течением времени становимся нечувствительными к ударам судьбы. Помню, как я однажды обедал у одного своего приятеля. Пришел из училища его двенадцатилетний сын и сел с нами за стол.
— Ну, как у вас сегодня шло в училище? — спросил отец.
— Ничего, папа, — весело отвечал юнец, уплетая за обе щеки еду, — все шло хорошо.
— Никого не наказывали? — продолжал отец, как-то странно глядя на сына.
— Никого… за исключением, впрочем, меня, — без малейшего смущения проговорил мальчуган, с трудом прожевывая огромный кусок жаркого, едва умещавшийся у него во рту.
Философия — штука немудреная. Вся ее сила в том, чтобы стараться не обращать внимания на неприятности, которые на каждом шагу случаются с нами. К сожалению, из десяти случаев в девяти мы никак не можем заставить себя не замечать этих неприятностей.
«Никакая невзгода не может огорчать меня без соизволения на это обитающего во мне демона», — говорил Марк Аврелий.
Но мы, обыкновенные смертные, не можем полагаться на сидящего в нас «демона»; он очень лениво следит за нашими интересами.