Снежник

– Оставь меня здесь, – серьезно просит он Марику, чувствуя, что сил остается все меньше.

– Нет, – она упрямо машет головой, – Не могу.

– Ты даже не знаешь, кто я. Могу тоже оказаться беглым, который желает тебе зла.

– Ты воин, – с нажимом, убежденно произносит путница.

– Может, я солгал?

– Нет, – она улыбается, – Ты из тех людей, что предпочитают говорить правду даже, если она ранит, а если лгут – их неумелое вранье сразу видно.

– Так разбираешься в людях? – спрашивает Ильяс, прикрывая глаза от накатывающей на него слабости.

– Чтобы это понять, не нужно быть мудрецом.

– Марика, – обращается он к ней снова, – Прошу тебя, оставь меня здесь.

– Нет, – тихо говорит девушка и, почти шепча, добавляет, – Ты спас мне жизнь…

Больше она слушать его не желает.

Волкордав Марики от них отстал. Шел-шел позади и неожиданно исчез. Девушка не показывает мужчине, что тревожится, но руки ее нервно стучат по луку.

– Он найдет тебя, – обещает Ильяс.

– Угу, – бормочет хозяйка пса, не смотря на мужчину.

Они снова трогаются в путь, но только к вечеру наконец достигают деревни. К этому времени айвинец уже без сознания, и девушка едва ли не волоком тащит его тело. Ее руки и спина, жилистые, привыкшие к тяжелому труду и охоте на дичь с деревянным луком, все ноют от усталости.

С раненым мужчиной она буквально вваливается в дом знахарки, стоящий ближе всего к лесной чаще.

– Марика, – укоризненно морщится травница при виде ее мужских брюк. Она окидывает девушку презрительным взглядом, подмечая приставшую к одежде буро-коричневую грязь и тоненькие сухие веточки, застрявшие в огненных, словно закатное небо, волосах.

Но охотница выдерживает ее взгляд.

– Вот, помогите, – просит лучница.

– Принесла нелегкая же! – ругается женщина, помогая положить мужчину на лавку, – Непутевая ты девка… Один ветер в голове, дурная. Ровесницы твои вон детей уж сколько понарожали. А ты?

– Просто помогите, – повторяет Марика, скрипя зубами от досады и гнева.

Знахарка достает необходимые отвары и принимается обрабатывать рану.

– Он выживет? – решительно спрашивает девушка.

– Куда он денется! – строго отвечает жительница Ваишено, – Сколько ты его тащила… Такая неугомонная и в посмертии достанет!

Лучница облегченно вздыхает, чувствуя, как напряжение, наконец, отпускает ее.

***

Ларре Таррум рубит кенаром нападающих на него бергцев, ощущая, что все его лицо покрыто толстой коркой спекшейся крови, сводя до зуда кожу.

Он привычно наносит удар за ударом, с силой рассекая тела неприятелей. Воздух наполнен ярким мерзко-сладким запахом смерти, от которого у непривычного человека к горлу подкатывает тошнота, но норт почти не чует этого противного духа. Не пугают его и всюду раскиданные растерзанные тела своих людей и врагов империи.

– За Кобрин! – жарко кричат его люди.

Кровь, кровь... Всюду видна она, что зарево пожара. Ее запах разлит в промозглом воздухе, она лежит на серых камнях, выстилающих землю, рдеет пятнами на блекло-желтом песке. Горячая, жаркая...