Электронная книга - «Два часа весны». Краткое содержание книги:
«Я скоро вернусь на Родину», - думал Стефан в последний год обучения в России. Студентка и преподаватель, девочка с Севера и поляк с русскими корнями. Они не знали, что будет дальше, пока судьба не столкнула их на университетском занятии по разные стороны баррикад…
Герой – плохой мальчик, героиня – странная.
Это за какой же, интересно? Собственно, этот вопрос и задаю.
- За то, что рассказала про своего друга. Значит, доверяешь мне.
- Я подумала, что если не скажу, будет хуже.
- Молодец. Серьезно, Абрамова. Пусть тот парень идёт искать своё, так и быть, самый сложный экземпляр на свете оставлю себе…
Хочу уже возмутиться, что он опять меня закошмарил, но он заканчивает свою мысль:
- А мое уже со мной.
Вот как так можно? Таким обыденным тоном говорить сильные вещи. Это же круче всего. «Мое со мной».
И пусть не сомневается, что хочу быть только с ним.
- Люблю тебя, Стеф.
- Мне не послышалось? – отстраняется и улыбается сводящей с ума улыбкой.
- Больше повторять не буду! – смеюсь и начинаю легонько щекотать Новаковского, но он быстро прерывает это действие.
- Мелкая, ты нарываешься!
- Я стараюсь!
- Ну, вот доедем до меня…
- Ууу, Стеф, за это время я точно нарвусь!
Глава 44
Стефан
- Ты неправильно делаешь! – выдаёт Диана таким тоном, словно из нас двоих она, а не я без пяти минут кандидат наук.
Хотя не припомню, чтобы существовали кандидаты наук по приготовлению салата «Цезарь».
- Что не так?
- Листья рвут руками! Не надо их резать!
- Диан, мне не семь, а двадцать семь. Я разберусь сам, не думаешь?
- Я не думаю, я вижу, что не разберёшься!
Ее не смущает то, что она командует на моей кухне. Командует и чувствует себя «в своей тарелке», как тут любят говорить. В реалиях кухни это смешно.
- Хорошо, я попробую.
Пока разбираюсь с салатом, думаю о том, что она рассказала мне сегодня.
Ее друг влюблён в неё.
Не могу сказать, что я слишком спокойно это воспринял, хотя я знаю – раз она говорит об этом, значит, скрывать там нечего. Я чувствую, что она не врала. Абрамова умеет влюблять в себя, мне ли не знать?
Но и любить она умеет. По-своему. Ей сложно, я понимаю, ведь она привыкла думать о себе. В первую очередь о себе, а потом о других.
Я вижу, как она меняется постепенно. Учится доверять мне, учится идти на компромисс. Понимает, что отношения – это история двоих, и оба должны вкладываться.
Я только боюсь за будущее, которое может разрушить то, что сейчас приходится строить по кирпичику в день.
Я не готов ее терять, но я не знаю, что дальше. Хватит ли у неё сил спокойно ждать, пока я разберусь со своими проблемами? Сможет ли она принять то, что я выберу для себя в итоге? Времени ужасающе мало. Сейчас середина апреля, лето настанет так быстро, что мы и заметить не успеем.
Но я просто так не сдамся. Рискнул связаться с ней однажды – рискну ещё, если потребуется. Просто так уже не отпущу.
- Стеф, в каких ты облаках витаешь? – вытаскивает меня из размышлений ее голос.
- В польских, Абрамова.
- Собрался домой?
- Не сейчас.
- Ты уедешь обратно в Польшу? – спрашивает спокойно, но волнение не спрятать от меня.
- Ты не хочешь, чтобы я уезжал?
- Я не могу указывать, что тебе делать.
Хитрая. Но я хитрее.
- Вопрос звучал не так. Хочешь или нет, чтобы я уехал?
- В номинации «самый тупой вопрос года» побеждает то, что ты сейчас спросил. Стеф, я не могу говорить об этом.
- Не отпустишь?
- Стеф!
- Абрамова, я серьезно сейчас с тобой.
- И я серьезно!
Заканчивает смешивать ингредиенты, отставляет салатницу в сторону и усаживается на стол. У неё это уже входит в привычку. Подхожу, устраиваю руки на ее бёдрах, заглядываю прямо в глаза.
- Ты веришь мне? – спрашиваю коротко, но в этом вопросе так много важного.
- Да.
- Сможешь верить и дальше?
Взволнованно смотрит, поджимая губы.
- Я буду стараться.
- Пожалуйста, Абрамова. Легко не будет. Но ты же сильная девочка?
Зажмуривается и наклоняется, прижимаясь ко мне. Обнимаю в ответ на это действие, позволяю ей просто уткнуться носом в мою шею и помолчать чуть-чуть.
- Сильная, – говорит после паузы. – Но иногда предпочла бы, чтобы не приходилось это проверять.
Нечего ответить ей. Боюсь, что придётся проверить, как бы я не хотел избежать этого…
- Давай больше не будем об этом?
- Сам начал, – поднимает на меня свои глазища, отдающие странным блеском. Никогда не надоест мне смотреть в них.
- Не спорю. Больше не буду, честно. Время обеда?
- Согласна.
Спрыгивает со столешницы так же легко, как забралась, и больше не показывает своего волнения. Но я знаю, теперь она всегда будет бояться, что однажды я сделаю ей больно.
Чувствую себя тварью последней, потому что она и боль – страшная смесь.