Последняя надежда [ЛП]

– О, поняла. Спасибо.

Она берет веревку и дважды наматывает ее на себя. Я помогаю ей завязать узел, и мы забираемся в седан.

Пока Гарсия заводит мотор, я открываю бардачок и достаю пистолет.

– Здорово. Сколько еще у нас есть?

– Вот, АК, который ты снял с крестьян, и еще два длинноствольных ружья. Там должна быть еще одна обойма, – похлопывает он по приборной доске.

– Хорошо.

Я заряжаю оружие и свободно держу его на коленях.

– Эта поездка опасна? – Ава старается не выдать волнения, но у нее ничего не получается.

– Просто осторожничаю, – успокаиваю я ее.

Дорога между Камповерде и Пукальпой мощеная, но ночью совершенно темная. Только фары машины освещают длинную полосу впереди.

– Почему бы тебе не поспать? – предлагаю я.

Кивнув, она вытягивается на сиденье.

Мы с Гарсией внимательно следим за встречным движением. Скорее всего, наемники опоздали на встречу с Дювалем, и на его месте я бы отправил разведчика несколько часов назад. Но Дюваль не наемник. Он преступник с большими деньгами и жаждой большего.

Дорога проносится мимо, черное на черном, блокируя любой значимый пейзаж. Мы выключаем музыку, чтобы слушать встречный транспорт. Тихое сопение на заднем сиденье сигнализирует, что Ава спит.

– Думаешь, в этих письмах и прочем дерьме есть код? А покупатель знает? – спрашивает Гарсия, постукивая пальцами по рулю.

– Может быть. Никогда не думал об этом.

Ненавижу эти гребаные шпионские игры. Мы наемники – солдаты по найму. Защищаем наших людей, убивая других. Мы – физические существа, а не мыслители. Есть цель? Есть тело, которое нуждается в защите? Ты хочешь что-то уничтожить или забрать? Мы можем это сделать. Но не расшифровываем коды, не придумываем сложные схемы с участием нескольких покупателей и отвлекающих маневров.

Я слишком прямолинеен. Может быть, если бы Беннито был главным, все было бы по-другому, но это не так. Он – двадцатипятилетний компьютерный гений, которого мы спасли от пожизненного заключения, потому что он взломал крупный веб-сайт, и сыграл оду нынешней девушке, которую трахал в то время. Отношения умерли быстрой смертью после того, как полиция появилась в ее доме, чтобы допросить ее.

Если мы не знаем, что крадем, наши планы – какими бы они ни были – ни хрена не стоят.

Мы снова погружаемся в молчание, обдумывая, как поступить с информацией Дюваля.

Или, по крайней мере, я обдумываю это. Когда Гарсия открывает рот, я понимаю, что его что-то беспокоит.

– Что ты собираешься делать с ней?

– Понятия не имею, – об этом я не задумывался.

– Неужели ты думаешь, что она захочет приехать на остров? Единственные женщины – это те, кого жизнь уже исчерпала. Они прячутся. Она полная противоположность этим женщинам. Ради Бога, она же модель, – он не говорит ничего такого, о чем бы я не думал. Это не делает его более забавным, чтобы выложить всё передо мной. – Ей не понравится собирать фрукты с деревьев, сажать урожай и плести корзины.