![Попаданец Павлик Морозов I [с иллюстрациями] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/4/2/4/7/4/popadanec-pavlik-morozov-i-s-illyustraciyami-download.jpg)
Попаданец Павлик Морозов I [с иллюстрациями]
- Автор: Круковер Владимир Исаевич
- Серия: Попаданец Павлик Морозов #1
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: АТ
- Жанр: Исторические детективы
Электронная книга - «Попаданец Павлик Морозов I [с иллюстрациями]». Краткое содержание книги:
«1932 года 3 сентября погибши от злова человека от острого ножа два брата Морозовы — Павел Трофимович, рождённый в 1918 году, и Фёдор Трофимович».
От автора:
Работа над романом идет вживую, выкладываю уже написанное. Все герои, кроме ожившего Павлика, все приметы времени документальны, сверены с историческими источниками. Первые главы переполнены ссылками, в дальнейшем повествование станет динамичней.
Если Крупская любила кофе «в мельхиоровом кофейнике», а официант в «Националь» говорил: «Придержите крышечку», то так и было по записям очевидцев. Это так же верно, как и то, что «Ленин приехал из Германии в запломбированном вагоне вместе с любовницей Инессой Фёдоровной Арманд» и потом они жили втроем: Володичка, Агнес и Надечка…
Картошка практически дожарилась. Я добавил к ней колбасу с ветчиной и накрыл сковороду доской, на которой резал их, и выключил керогаз. Пока блюдо доходило налил себе стаканчик грузинского винагурджаани — грузинского марочного белого сухого вина, которое выделывается из сортов винограда Ркацители и Мцване. Вино подарил Сталин, когда я последний раз развлекал его дочку. Сказал, вручая бурдюк:
— Мэне с Кавказа земляки присылают, харошэй вино. Мальчикам пить пэлезно, чэтоб мужичинами стать.
Я подумал, что при низком качестве доступной мне пищи вино вовсе не повредит молодому организму в формировании. А польза от молодого вина несомненна. Особенно в зимнее время, когда мало солнца и мало витаминов — свежими фруктами и овощами нынешний базар не радовал.
После еды мозг работал сонно, так что я придремнул, покатывая в затуманенном сознании свою первую еще в первой жизни девушку. В 15 лет, в девятом классе я овладел Валей Шипко — самой хулиганистой девочкой в школе. Получилось это неумело и грубо. Хотя она и не была целкой, но тоже опыта особого не имела. И никаких радостных чувств мы от соития не испытали. И даже дружить после этого перестали. А вот… вспомнилось, зажгло в паху огонь. Что сытная еда с подростком творит!
Я растворился в дневном сне с эротическими фантазиями и очнувшись, сменил трусы. Да, что-то надо делать, а то нижнего белья не напасешься на этот организм. И стирать лень, я эти трусы просто выбрасываю. Благо, все ходят в подштанниках, один я никак не могу к ним привыкнуть. В бане на меня косятся. Трусы (я их закупил сразу партию из 25 штук) хорошего сатина или ситца (не разбираюсь), длинные и без прорехи. Зато натуральным материал. Как хорошо, что синтетику еще не изобрели!
С трусов мысли мои переключились на поездку и подумалось, что надо прикупить теплой одежды — холодно там на Белом море, на Онеге. И тот час память подкинула исторический факт: одним из заключённых-каналоармейцев был Дмитрий Сергеевич Лихачёв — в будущем известный культуролог, филолог, искусствовед, академик РАН СССР, лауреат Сталинской премии. В 1928 году молодой студент Петроградского университета был осуждён за контрреволюционную деятельность (участие в незаконном студенческом кружке) и отправлен в Соловецкий лагерь, откуда в 1931 году его перевели в Белбалтлаг на строительство Беломорканала. В 1932 году за ударный труд Дмитрий Сергеевич был досрочно освобождён, после чего смог вернуться в Ленинград.
Глава 36
В общем, все было именно так, как положено, как желалось тем, кто кормил нас ночью в поезде бутербродами, и тем, кто, куда как повыше, и придумал весь этот художественный театр. И только одно обстоятельство выпирало из ритуала: на каждой из пристаней зеки, скандируя, требовали, чтобы на палубе появился Зощенко. Именно он, только он и никто другой из писателей, хотя тут, на судне, было навалом тех, кто руководил журналами и умами, кто был прославлен своим умением угадывать вкусы правительства в романах и директивных статьях. Но их имена были малоизвестны зекам, и те ревели со всех пристаней:
— Зощенко, выползай!
Но Зощенко не появлялся: он, правда, был юмористом, однако по нраву не слишком приветливым и лежал в каюте одетый в черный костюм, при галстуке, с четким пробором в волосах, как если бы собирался на встречу с любимой дамой.