Главный противник. Тайная история последних лет противостояния ЦРУ и КГБ

— Что я могу сделать для вас, бвана? — Мосби приветствовал меня своим излюбленным выражением, приберегаемым для ветеранов работы, к которым я относился[38].

Я молча пожал руку Ламеру, бывшему штурману ВВС, которого я два десятка лет назад принимал на работу, и включил телевизор на полную громкость. Сдвинув стулья, мы наклонились друг к другу, и я начал шепотом объяснятьим.

— Я просто дам вам факты. В последнне семь или восемь месяцев мы теряем своих советских агентов в Москве и по всему миру, одного за другим. Это не может быть естественными потерями. Тут должно быть что-то другое.

— Какое отношение к этому имеет Найроби? — спросил Мосби.

— Никакого, если не считать того, что у вас тут есть один очень неприятный полковник, возглавляющий резидентуру ГРУ.

Мосби и Ламеру обменялись вопросительными взглядами.

— Этот сопляк? Можешь делать с ним, что хочешь. Но как?

— У вас было достаточно случайных контактов с полковником, чтобы это было известно и здесь, и в Москве. В предстоящие несколько дней мы с вами организуем «операцию», которая будет свидетельствовать, что полковник решил на нас работать. Когда мы закончим, все будет выглядеть так, будто он новый источник ЦРУ. По закрытому каналу мы пошлем шифровку о том, что вы договорились о моей встрече с ним. Мы скажем, что он обратился к вам и выразил желание поговорить с кем-нибудь из Лэнгли.

Я приехал сюда для того чтобы завербовать его. Потом мы по тому же закрытому каналу сообщим о результатах вербовки — скажем, что он согласился. С этого момента начнется тщательно контролируемая поэтапная операция, которая путем использования специальных каналов связи должна показать нам, нет ли проникновения противника в ключевые звенья по пути от Найроби к Герберу и советскому отделу.