Леонид Брежнев. Величие и трагедия человека и страны

Брежнев, разумеется, сталкивался с дилеммой: он понимал бедственное положение крестьян, но был обязан следовать указаниям из Москвы и выполнять их в обязательном порядке. Сталинская риторика и партийные принципы требовали от него в речах постоянно восхвалять «великую помощь товарища Сталина»681 и выдавать все указания из Москвы как решения, продиктованные его особой мудростью и заботой. В августе 1950 г. ему пришлось объявить, что Сталин и Маленков решили более не помогать Молдавии посевным материалом, но он, Брежнев, и Председатель Совета министров Рудь лично ручаются, что каждое отдельное крестьянское хозяйство получит достаточно посевного материала. Это означало, что обычный путь писания просительных писем в Москву отныне закрыт: «Ясно, что у меня не поднимется рука обращаться в ЦК ВКП и просить семян после таких указаний тов. Сталина682. О том, что Брежнев совершенно не был уверен, не постигнет ли их поражение из-за этого условия, он разъяснил в своем комментарии, адресованном собранию районных делегатов: «Я хочу пооткровенничать с вами и прямо скажу, думаю, что это будет для пользы дела: тот, кто не сумеет обеспечить свой район семенами, думаю, что такой руководитель может сам, и это будет добросовестнее и честнее, прийти и подать в отставку… Это я заявляю открыто»683.