КОР, или Медленно и с удовольствием

— Вэньминь! — окликнул я его, когда он нажал кнопку лифта, ведущего к выходу из пентхауса. — Я сам тебе голову откручу, если посмеешь заикнуться о своих фантазиях кому-нибудь из моей семьи.

— Не беспокойся, Мао! Я буду нем как могила, — отмахнулся он. — Мы же братья.

У этого гадёныша был такой самодовольный вид, что меня так и подмывало наброситься на него с кулаками. Да что толку бесноваться? От правды не спрячешься. Наконец, собравшись с духом, я попросил Тейлора проверить наше с Вэньминем родство и тот, вернувшись через пару минут, сказал, что результаты генетического анализа он вывел на мой ридер.

Когда я стал орать, что это липа, Тейлор просто повернулся спиной ко мне и вышел из комнаты. Поняв, что хватил через край, я извинился за своё хамство, но всё же выбрал случай и заказал проверку ещё раз, в лаборатории одной из пекинских больниц. Полученные результаты совпали с теми, что выдал мне Тейлор. Правда, к тому времени я уже смирился с тем, что мы с Вэньминем не чужие, поэтому уже не столь остро реагировал. Да и нельзя всё время закрывать глаза на правду. Я с детства видел, что по сравнению с родителями, во мне слишком много азиатской крови. Что в матери, что в отце, что в Руслане из татарского были только фамилия да дань традициям, пришедшим из глубины веков, а внешность-то у членов моей семьи была чисто европейская. Руслан так вообще вылитый Брюс Уиллис в молодости.

Вот записал и будто заново пережил своё пекинское потрясение.

После того, как я узнал, что мы с Вэньминем братья, моё отношение к нему изменилось. Не скажу, что в лучшую сторону. Другу я простил предательство в Дахунмэне, а брату — нет. Но братья — не друзья. Конечно, их тоже можно послать к чёрту, но избавиться от них не так-то легко. Особенно если эти братья настойчивы, как Вэньминь, и возомнили себе, что ты не можешь и дня прожить без их опеки.

Эти сволочи, его юристы, всё же всучили мне документы на владение обещанным счётом на три миллиарда и попутно отобрали у меня «Одалиску». Провернули они это под предлогом форс-мажорных обстоятельств, к которым причислили моё вхождение в политику.

Вэньминь появился уже после того, как его гончие псы сделали своё подлое дело. Невзирая на злобную мину на моём лице, он радостно облапал меня и поздравил с вхождением в семью Ван, а затем клятвенно пообещал, что не обидит моих будущих детей — мол, племянники обязательно получат своё наследство, причём не только в целости и сохранности, но и значительно преумноженное. Прям настоящий дядюшка Скрудж Макдак, чёрт его побери! Затем этот скряга потащил меня к себе на вечеринку, где устроил дефиле. Модели демонстрировали белье, производимое моей «Одалиской». Шёлк и кружево на атласных телах, вместо украшений цветы. Сказочные нимфы шли под зелёными арками, увитыми зеленью и цветами. Потрясающее зрелище!