Битва за систему Дайнекс

> Резервный генератор. Ошибка.

Дальше пошли целые страницы текста с отчетами по работе каждой из систем. Из этого вала информации, который неподготовленному человеку показался бы просто нагромождением бесполезных цифр, я привычно извлекал нужные мне данные. «Дартеру», конечно досталось. Причем, изрядно. Почти все основные системы были неисправны, дублирующие тоже в половине случаев выведены из строя. Разгерметизация всей нижней палубы, нарушение целостности обшивки. В общем, проще было перечислить, что работало.

Я вывел на дисплей графическую модель «Дартера» с цветовой схемой повреждений. Один из визоров мерзко помигал и отказался включаться. Остальные два, слава богу, работали.

Изображение ожидаемо окрасилось красным и местами черным. Лишь в районе центральной палубы и мостика были несколько зеленых и желтых зон. Впрочем, это тоже ожидаемо. Капитанский мостик и реакторная зона — это самые защищённые места на корабле, и тут все системы дублировались по три, а кое где и по четыре раза.

— Мисс Вилсон, просчитайте уровень нагрузки на внешний корпус. Не хотелось бы развалиться при начале буксировки.

— Есть, сэр, — ответила старпом, явно довольная тем, что снова занимается любимым делом. Ее пальцы запорхали над клавиатурой.

— Ого! Молодцы, белки бесхвостые! — радостный голос долговязого пирата резанул слух. «Белками» всякое отребье называло флотских офицеров из-за белого цвета мундиров. Презрительное прозвище в устах пирата сейчас звучало как-то даже уважительно, с едва уловимой ноткой восхищения. Похоже долговязый не очень-то верил, что получится запустить реактор.

— Не спеши радоваться, — я вывел на дисплей перед ним схему повреждений корабля. — У нас где-то час чтобы запустить системы жизнеобеспечения и разобраться с искином, иначе все пойдет в разнос.

Пират внимательно изучил схему, потом с каким-то недобрым прищуром глянул на меня и сказал:

— Ну так не теряй времени. Работай.

И я работал. Самым сложным оказалось настроить искин. Несмотря на громкое название, Искусственный Интеллект эсминца был скорее продвинутой нейросетью, чем полноценным искином. На любых военных кораблях строго запрещено устанавливать искины выше четвертого поколения. Это, кстати, одно из объяснений тому, что экипажи военных кораблей столь многочисленны. На каком-нибудь круизном лайнере весь экипаж составляет от силы пятьдесят человек, а на сопоставимом по размеру линкоре — больше тысячи. Именно потому, что множество функций, которые на гражданском судне выполняет компьютер, на боевом корабле закреплены за людьми. Причин для этого несколько, и главная среди них — это безопасность.