Вожделение
- Автор: Магдеева Гузель
- Год: 2021
- Язык: русский
- Жанр: Самиздат
Электронная книга - «Вожделение». Краткое содержание книги:
Это не любовь — это вожделение.
Я желаю ее так сильно, как не желал ни одной женщины раньше.
И если мне нужно продать свою душу дьяволу, я готов пойти на эту сделку прямо сейчас.
— Мы надолго здесь?
— Пару дней придется потерпеть, — ответил он, поднимаясь, — а потом уедем в Германию.
— Что? — мы встретились с ним взглядом, я пыталась переварить услышанное и все равно не верила своим ушам, — зачем?
— У меня там есть срочное дело, оно займет несколько дней. Но это будет после праздников. А до тех пор мы будем там в безопасности.
— Но как ты себе это представляешь? — я всплеснула руками, он говорил это так просто и обыденно, будто в соседнюю комнату меня звал, — у меня нет ни паспорта, ни Шенгена!
— Загранник сделан, виза не проблема.
— Отказ, я так полагаю, не принимается?
Он сверлил меня своими темными, с поволокой, глазами, этот невыносимый человек.
А потом подошёл ближе, взял меня за ладони, и сказал:
— Наверное, я все делаю не так. Давай попробую по-другому. Регина, ты поедешь со мной? Пожалуйста.
Его лицо было близко-близко. Я перевела взгляд с его глаз на губы, а потом непроизвольно облизнула свои.
— У меня все равно нет выбора, да? Но ты хотя бы просишь.
Ланских улыбнулся. Искренне. И эта улыбка ему очень шла, она сглаживала черты лица и делала его не таким строгим и серьезным.
— Так будет лучше для нас обоих.
— Хорошо, — кивнула я, ощущая, что он сжал мои пальцы в ответ чуть сильнее, — Германия так Германия.
— Ты никогда не пожалеешь об этом, Регина. Просто поверь мне.
Я усмехнулась в ответ:
— Буду пробовать.
Вот только ни он, ни я особо в эти слова не верили. За спиной Ланских засвистел громко чайник и мы отпустили руки друг друга.
Глава 57
Кто бы мог подумать, что самой вкусной едой на свете мне покажется картофельное пюре в пластиковом стаканчике. Я ела медленно, растягивая удовольствие, несмотря на то, что живот от голода сводило. И даже слегка химозный вкус не смущал.
— Ты, наверное, и не пробовал такое ни разу? — кивнула на стаканчик в руках Максима. По нему непонятно было, нравится ему еда или не нравится, он сидел задумчиво, но услышав мой вопрос, усмехнулся лишь:
— Я не с золотой ложкой во рту родился.
— Я ничего о тебе не знаю.
Хотела, чтобы это звучало нейтрально, а получилось по-дурацки как-то, жалостно. Отвела быстро взгляд, уткнувшись в свой стаканчик, засунула ложку в рот, но Ланских на такое не купится никогда.
Я кожей чувствовала этот выжигающий взгляд, что исследовал меня сейчас.
— Не смотри так, — попросила его, вынув ложку изо рта.
— Почему?
— Смущаешь, — отшутилась я неловко, хотя в моем ответе было больше правды, чем шутки. Ланских действительно смущал. Даже несмотря на то, что мы с ним ночь в кровати одной провели, а до этого сексом в разбитой машине занимались.
Но когда вот так вот, напрямую, в лоб, все равно не по себе.
— Я пробовал тебя на вкус в самых интимных местах, Регина, — голос его сейчас звучал мягко и ласково, как разговаривают с детьми, объясняя им прописные истины, осталось только за ушком меня потрепать, — и ты меня тоже.
Я закашлялась от возмущения, посмотрела на него, а он улыбался!
Не только глазами, на его красивом выразительном лице зацвела по-мальчишески широкая улыбка.
— Ты издеваешься?!
— Ни капли. Веду к тому, что поводов для стеснения нет уже давно. Это ведь не в твоём духе.
И я против воли ему улыбнулась вдруг. Ланских протянул руку, сжимая мои пальцы. Здесь, в нашей с ним общей спальне, места было не так много, мы почти всегда касались друг друга, но сейчас его прикосновения воспринимались естественно и приятно.
Он сжал сильнее, притягивая к себе, и поцеловал меня в губы. Лёгкий поцелуй, без продолжения, но и его хватило, чтобы внизу живота разлилось приятное тепло.
— Я ещё не наелась, — шепнула ему, увеличивая между нами расстояние, а Ланских ответил:
— Я тоже, — и столько всего вложил в свой ответ, что я зарделась. Ему моя реакция понравилась.
Ланских снял чайник, разлил кипяток по кружкам, бросая туда чайные пакетики, одну протянул мне.
Я приняла осторожно, кружка была горячей и жгла пальцы, почти так же сильно, как и прикосновения его крепких пальцев к моему запястью.
Я сделала первый глоток, обжигая язык, после еды пить хотелось очень. Замерла, борясь со слезами из глаз, и следующий сделала аккуратнее, дуя на воду.
У растаявшей из снега воды, а может, у заварки, был странный вкус, но ни меня, ни Ланских это не останавливало. Мы пили медленно, по глоткам, не торопясь. Время в этом доме текло совсем иначе, все казалось неторопливым, ленивым.