Эльф из Преисподней. Том 2

Сразу уточню: на демонов это правило не распространяется.

Нас, к лучшему или худшему, с рождения переполняет самоуверенность вкупе с небывалым самомнением и наплевательским отношением к другим. Лично я знал лишь один пример демона, который умудрился взрастить в себе смирение, терпение и даже доброту.

Им был, разумеется, некий Малдерит.

— Зачем развешивать ружья, которые не стреляют, когда это нужно? — пробормотал я.

Спинку дивана, за которым пряталась инквизиторша, обхватили тонкие пальцы. Вслед за ними показалась макушка, после чего вынырнули осторожные, внимательные глаза. Они моментально заметили, что ружьё вернулось на место, и девушка выпрямилась.

— Заклинило, — сказала она едва ли не сочувственно, — Со старыми экземплярами такое бывает, даже если за ними бережно ухаживать. Ничего не поделаешь, возраст берёт своё.

— И что с ним теперь делать?

— Для начала передёрнуть затвор, полагаю. Хотя я не видела, как ты делаешь это в первый раз… — Она задумалась, — Или ты думал, что оно взведено?

Честно говоря, я понятия не имел, о чём она говорила. Легко вообразить общую канву применения этой штуковины: направляешь дыркой во врага и дёргаешь за крючок. Всё остальное — излишнее переусложнение, на которое горазды земные мастера.

— Ты хотел меня убить, — теперь в голосе девушки звенели обвинительные нотки.

— Я целился в ногу.

— Ты пытался прострелить мне ногу.

На это я кивнул. Собственно, именно это я только что и сообщил. Ничего удивительного: многие люди, испытывая стресс, начинали проговаривать по десять раз одно и то же.

— За что?

— Когда мы встречались в последний раз, это кончилось тем, что ты, перепачканная в своей блевотине, улеглась в обнимку с беззубым товарищем. Если это не стоит мести, тогда я теряюсь в догадках, что нужно для того, чтобы заставить тебя захотеть прикончить меня.

Ну, если уж держаться правды, то я догадывался, что привело инквизиторшу сюда вовсе не желание распотрошить меня за былые обиды. Любой сложил бы два и два. Но это не отменяло того, что, во-первых, я хотел поглядеть, что случится с ногой, в которую попадёт пуля, а во-вторых, было бы неправильно позволять инквизиторше чувствовать себя как дома в моём (и неважно, что думала на этот счёт Фаниэль) жилище. И к тому же теперь девушка растеряла спокойствие; хоть она и храбрилась снаружи, в ней крепла опаска. Это и ледяной пик страха, когда я навел на неё ружьё, уже служило достаточным основанием напасть.

Девушка отвернула ворот кофты, показав знакомую брошь.

— Надеюсь, ты не попробуешь избавиться от меня при помощи магии.

Я пожал плечами и плюхнулся в живое кресло — сложную комбинацию из стволов, листьев и корневищ нескольких деревьев, которая существовала благодаря эльфийской магии. Кресло недовольно заёрзало.

— Ты ждёшь Фаниэль, — произнёс я и указал на диван, приглашая девушку присесть.

Она недоверчиво покосилась на меня, но, поколебавшись, приглашение приняла.